— Мы к озеру! — крикнула она.

— Как к озеру? Разве ты не уезжаешь?

— А мы еще не обо всем договорились.

И Люда назло мужу взяла Леню под руку, да еще и прижалась покрепче к его плечу. Ну разве они с этим мальчиком не похожи? Чудесная пара! Разве у нее есть право его осуждать? Весь мир состоит из эгоизма и эгоистов. И каждый сам за себя. А Бога нет.

По дороге к озеру Леня совсем успокоился. Он вообще легко переходил из одного состояния в другое. Сестра умерла больше года назад, он ее уже и забывать начал, квартиру ограбили очень давно, и это он помнил еще хуже. Зато теперь у него все есть. Почти все, потому что в мире еще так много красивых вещей, о которых до поры до времени просто не подозреваешь.

Вечерний воздух пах осенней сыростью и опавшей листвой. Люда ежилась от прохлады и уже жалела о том, что затеяла эту прогулку.

— Может, вернемся? — спросила она.

— Да уже до озера почти дошли!

— Уж не купаться ли ты собрался?

— Да ну, купаться! Холодно!

Это было крохотное лесное озеро. Небольшой, но очень глубокий водоем, где любили рыбачить дачники и местные жители. Вода темная и от бьющих ключей ледяная. Тихое, славное место. С трех сторон лес, с четвертой — дачные участки. В густом ельнике вокруг озера слышались голоса отдыхающих, спешивших воспользоваться последними, еще теплыми сентябрьскими вечерами. Люда потянулась к ветке лещины, сорвала несколько крупных чарок. Орехи уже начали осыпаться, и некоторые гнезда были пусты.

— Смотри, а здесь лодка! — Леня подбежал к берегу, покачал старую посудину, на дне которой плескалось немного воды.

— Рыбаки, наверное, оставили. — Люда подошла поближе. — Скоро вернутся.

— И весло есть! Хочешь, я тебя покатаю?

Она заглянула на дно, поежилась:

— Там вода.

— Ну и что?

— Нет, я не сяду. А если она перевернется?

— Еще чего!

— Леня, перестань! Это глупо.

— Подумаешь! Что я, плавать не умею?

— Вода холодная.

— Не зима же.

Он прыгнул в лодку, а Люда осталась на берегу, села на поваленное дерево, достав из кармана свои орехи. Леня быстро выгреб на середину, потом поплыл к противоположному берегу. Объехал озерцо кругом и снова оказался на середине. Люда, никак не могла разгрызть крупный орех. Перекатывала его языком во рту, пробуя зубами.

— Вот черт, не хватало еще зуб сломать! — вслух выругалась она.

Лене стало скучно, он развеселился, стал шлепать по воде веслом, крутиться в лодке на одном месте. Туда все больше затекала вода.

— Леня, вылезай на берег! — крикнула ему Люда.

— Сейчас! — Он поднялся в лодке во весь рост.

Люда все мучилась со своим орехом. Вдруг скорлупа хрустнула, она почувствовала во рту ее осколки и привкус крови. Лодка на середине озерца перевернулась, и Леня упал в воду. Она сначала даже не забеспокоилась. Метров десять до берега, не больше. Пустяки, даже если учесть, что вода холодная. Люда не сразу поняла, почему он не выныривает. И тут заметила вбитый в дно кол недалеко от берега и тянувшуюся от него веревку. Рыбаки, оставившие на берегу лодку, перегородили озерцо сетями.

Сначала она хотела закричать. Потом прыгнуть в воду. Леня был там, под водой, и ему всего-то надо было глотнуть немного воздуха. Люда знала, что вокруг полно дачников. Она и сама неплохо плавала. Надо только что-то делать. Кричать, нырять, звать на помощь, ведь он тонет всего в нескольких метрах от берега, ему чуть-чуть до того места, где под ногами окажется спасительное дно. И тут она, не поднимаясь с земли, уткнула лицо в колени, ладонями закрыв глаза. Скорчилась и оцепенела. Бога нет.

Лицо ее и руки были мокры от слез, в горле застыл какой-то хрип. Она хватала ртом воздух, будто сама тонула. Прошло всего несколько бесконечно долгих минут.

— Все, теперь, должно быть, все, — пробормотала она несколько раз подряд перед тем, как открыть глаза.

И, только увидев, что на воде, кроме перевернутой лодки, ничего нет, Люда поднялась и, спотыкаясь о корни деревьев, кинулась в ту сторону, где, как она раньше заметила, гуляли люди:

— Помогите! Помогите!

Двоих увидела сразу же, на тропинке, выходящей из леса.

— Что случилось?!

Мужчина тут же побежал к берегу, сбросив куртку, нырнул. А Люда уже кинулась к дачному поселку, и на крик из крайних домов выбежали несколько человек. Вскоре на берегу уже толпилось много людей. Всю эту суету она воспринимала словно сквозь густой туман. Звуки и образы с трудом проникали в Людино сознание.

Его запутавшееся в сетях тело вытащили достаточно быстро. Какой-то человек крикнул, что он врач, и принялся делать Лене искусственное дыхание. Но Люда понимала, что он мертв. Должен быть мертв, потому что все, что могла, она для этого сделала.