Еще через пять минут им пришлось задрать головы, чтобы выставить ноздри над водой. «Если Беззубик задержится еще немножко, — подумал Иккинг, — мы утонем».

Но тут в темной воде у него под ногами блеснули два тусклых огонька. Это был Беззубик собственной персоной. Через мгновение он вынырнул рядом с ними.

— Ж'жи-живем, — сообщил Беззубик. — Дo п'по-поверхности далеко, л'лю-людям не доплыть. Но внизу есть ч'ч-что-то вроде пещеры. Плывите за Б'бе-беззубиком…

— Держись за меня, Рыбьеног, да молоти ногами посильнее, — велел Иккинг, потому что Рыбьеног, разумеется, не умел плавать.

Иккинг вдохнул поглубже, и через мгновение море поглотило последние остатки воздушного кармана под днищем «Тринадцати Счастливчиков». Мальчишки нырнули вслед за Беззубиком.

Иккинг плыл в полной темноте, а это, как известно, очень мешает ориентироваться. Подняв голову, он увидел, что Беззубик направляется к небольшому отверстию в отвесном обрыве. Из отверстия сочился слабый свет. Иккинг что было сил погреб к пещере. А сил было мало: он старался не впадать в панику из-за того, что воздух в груди кончается, и с трудом волочил Рыбьенога, вцепившегося ему в лодыжку. Наконец он втиснулся в узкий проход, стремглав метнулся вверх по короткому туннелю и вынырнул в небольшом озерце посреди гигантской подземной пещеры, жадно хватая ртом воздух.

Мгновение спустя возле Иккинга и пускающего пузыри Рыбьенога всплыл Элвин.

Пещера была громадная и удивительно светлая, если учесть, что она лежала глубоко под землей. Призрачное зеленоватое сияние испускали Электрочерви — небольшие драконоподобные существа, излучающие ровный тусклый свет. По стенам струилась вода, с потолка капало.

Иккинг так обрадовался тому, что всё еще жив и снова дышит воздухом, что эта пещера — скорее, даже могила — показалась ему милее родного дома. И только через минуту его измученный разум сумел осознать, что до спасения еще далеко.

— Классно, — сказал Рыбьеног, стараясь не паниковать. Он выжимал штаны и тряс руками, пытаясь обсохнуть. — И как же мы ОТСЮДА выберемся?

В пещере имелись интересные скальные образования, но Иккинг был не в настроении рассматривать их. В стенах застыли причудливые очертания окаменелых драконов. Некоторые из них принадлежали к диковинным вымершим видам, однако даже обнаружение целого скелета Землекопного Слизнеклыка, такого редкого, что мало кто верил в его существование, не взволновало Иккинга, хотя в других обстоятельствах он бы очень этому порадовался.

Часа полтора они ходили и ходили кругами в поисках выхода и только потом осознали, что выхода нет. Тогда они сели отдохнуть.

Без поддержки своего Племени, да еще и перед лицом Мучительной Смерти, Элвин Вероломный снова стал прежним добрым весельчаком. Он даже извинился перед мальчишками за то, что втянул их в эту переделку.

— Угораздило же нас так влипнуть, — простонал Рыбьеног, дрожа всем телом. — Не жизнь, а КОШМАР. Только выпутаешься из одной передряги — ан глядь, на тебя обрушивается НОВАЯ беда, пострашнее прежней.

— Да, — признал Иккинг, стараясь не впадать в отчаяние. — Положение не из приятных, но мне кажется, я что-нибудь придумаю…

Тут его перебил Беззубик, давно уже что-то вынюхивающий в дальнем углу пещеры.

— Б'бе-беззубик чует м'ме-металл!

— Очень хорошо, Беззубик, — сказал Иккинг, — но oхота за сокровищами на сегодня закончилась.

— Я хочу сказать, — продолжал Рыбьеног, — что за сегодняшний день мы едва избежали целой кучи смертей: 1. Нас чуть не разорвали в клочки Черепушики. 2. Едва не сожрали людоеды — Отбросы Общества. 3. Мы чуть не сгорели вместе с кораблем. 4. Чуть не утонули на дне океана… А теперь вот застряли в глубоченной пещере под землей, и нас ждет МЕДЛЕННАЯ СМЕРТЬ ОТ ГОЛОДА… Ну и денек выдался…

— Н'н-нет, всё-таки не м'ме-металл, — разочарованно сказал Беззубик. — Просто д'д-дверь какая-то…

— ДВЕРЬ??? — Элвин, Иккинг и Рыбьеног дружно вскочили на ноги и в новом приступе надежды ринулись к Беззубику.

Они разгребли груду пыли и земли и обнаружили, что под ней действительно скрывается дверь. Странно, как они не заметили ее раньше!

— Это выход? — прошептал Рыбьеног.

— Не обязательно, — задумчиво ответил Иккинг.

На двери были нарисованы ЧЕРЕП И КОСТИ.

И буквы, до ужаса знакомые Иккингу.

Большие, корявые буквы были нацарапаны на деревянной створке, возможно, острием меча.