— Не знаю, — пожал плечами Медведь, — может, подозревал во мне конкурента?

— Для прояснения подобных подозрений это слишком сложная цепочка, — не согласился Рентген, — устанавливать официальное и дорогостоящее оборудование у своих покупателей, чтобы следить за возможным конкурентом. Учитывая риск собственного провала, это, прямо скажем, выглядит глупо. Руководство, ОРД или Служба Собственной Безопасности в любой момент могли потребовать отчёт о том, как и для чего используется система слежения.

— В таком случае, я затрудняюсь ответить, — здоровяк нахмурился, — в конце концов, почему вы спрашиваете у меня? Я не следователь, это по вашей части.

— По моей, — согласился контрразведчик, — и задавать подобные вопросы требует моя работа. В частности, я получил информацию по оперативным каналам, что вы, возможно, являетесь сообщником Ферзя.

— Ага, так и есть! — обрадовался Медведь. — Он ворует нефть на нефтенакопителе, а я торгую ею на разлив у входа на городской рынок. Если будете в тех краях, посмотрите слева от цветочного павильона, я там частенько сижу на коврике с бидончиком. У меня самые низкие цены, так что скидку даже не просите — ниже уже некуда.

— Как вы понимаете, вас мы проверили с особой тщательностью, — Рентген невозмутимо смотрел на собеседника. — Сомнений в вашей лояльности у меня нет. В отличие от вашего начальства, которое, кстати, добивается вашего перевода куда-то в Амурскую область. Именно поэтому я и веду с вами достаточно доверительную беседу.

— В Амурскую? — майор хихикнул. — Это серьёзно! Их даже не смутил тридцатипроцентный некомплект в Отряде! Что-то мне подсказывает, что я знаю, откуда у этого дела растут ноги!

— Боюсь, что на том уровне, где готовится это решение, такие мелочи, как боеспособность ОСОП, никого не интересуют, — не выражающим никаких эмоций тоном произнёс Рентген. — В каких отношениях вы состоите с лейтенантом Хантером?

— В романтических! — фыркнул Медведь. — Я слегка прижал этого сопляка, когда он заявился к Степанову и Николаевой взамен Ферзя и стал морочить им голову, вместо того чтобы оказывать реальную помощь.

— У нас есть информация, что вы угрожали лейтенанту физической расправой, — безразлично добавил контрразведчик, — а кроме того, вы всячески демонстрируете неуважение и пренебрежение к нему.

— Не может быть! Я на такое не способен! — клятвенно заявил здоровяк. — Да кто вообще может так поступить с Чёрным Пла… с Хантером! Он такой душка! Вы же наверняка неоднократно общались с этой выдающейся личностью, стоит ли объяснять?

— Не стоит, — каменное выражение лица Рентгена никак не изменилось. — Лучше вернёмся к нашему разговору. Как я уже говорил, факт вашего участия в преступной группе Ферзя не подтвердился. Однако мы проверили всё, что вы изложили в своём рапорте, и я нахожу, что разделяю ваши подозрения. Многие детали указывают на то, что Николаевой и Степанову всячески мешали реализовать программу экспериментов, а теперь и вовсе, как это сейчас принято называть, подставили. Причём я склоняюсь к мысли, что вне зависимости от того, вскрылись бы махинации Ферзя или нет, с ними в любом случае произошло что-либо подобное. Похоже, в их отношении Ферзь выполнял чей-то заказ. Тот факт, что преступления этих двоих вскрылись уже после пропажи полковника Салмацкого, а также некоторые другие детали, знать которые вам не интересно, позволяют мне предположить, что у Ферзя есть ещё один сообщник. Он занимает достаточно высокий пост в РАО и всё ещё действует. И если он запаникует, то сможет предупредить своих хозяев из иностранной резидентуры. Даже если мы предотвратим его попытку скрыться, ниточки, ведущие от него дальше, могут быть утеряны.

— И вы хотите, чтобы подозрение пало на меня? — Медведь поморщился. — Чтобы он посчитал себя в безопасности и расслабился?

— Верно, — кивнул Рентген, — вы поняли меня правильно, майор. Я хочу попросить от вас услугу в обмен на услугу. Вы подыграете мне в небольшом спектакле, а я помогу вам с переходом в наше ведомство. Ведь, насколько я понимаю, если вас уберут из «Ареала» в результате подковёрных интриг, вы уволитесь в запас?

— Скорее всего, — хмуро согласился тот, — за годы службы я стал уставать от всего этого, извините, дерьма. Везде, где бы я ни служил, есть Хантеры и их дяди. И их всегда волнует собственное брюхо, а всякая ерунда вроде боеспособности подразделений или шансов идущих в бой людей вернуться живыми — до лампочки. Скажу честно, я не уверен, что и у вас дела обстоят лучше.

— По-разному бывает, — уклончиво ответил Рентген. — В любом случае, у нас вы ещё никому не наступили на мозоль. А квалифицированные кадры нам нужны. Итак, что скажете?

— Насчёт перевода я хотел бы подумать, — Медведь слегка поморщился, — насчёт помощи в расследовании — согласен. Что конкретно от меня требуется?

— Я арестую вас в рамках расследования дела Ферзя по подозрению в соучастии в шпионаже. — Контрразведчик испытующе посмотрел на майора. — Прямо сейчас. И официально уведомлю об этом начальника ОФЗ, начальника ОРД, Службу Собственной Безопасности и временно исполняющего обязанности командира ОСОП.

— Весь Пояс будет в курсе через пятнадцать минут, — хмыкнул здоровяк. — Готов спорить на свой «Печенег», что вся Ухта узнает эту волнующую новость ещё минут через десять. Это тот эффект, который вам нужен?

— Да, — коротко подтвердил Рентген, — это даст мне определённые преимущества. Чтобы исключить всякую возможность утечки, об истинном положении дел не будет знать никто, кроме меня и вас. Вы будете объявлены особо важным фигурантом дела, и содержать вас будут прямо здесь, в здании Службы Собственной Безопасности. В подвальном помещении есть несколько камер.