— Как долго я спала?

— Ну, вот так. — Прежде чем ответить, хозяйка удобно расположилась на стуле напротив Эмили и протянула руку за аппетитной булочкой. — Вас принесли вчера на рассвете. Точь-в-точь утопленницу, скажу я вам. Едва живую. Я переменила вам одежду и уложила в постель. Думала, вы проспите целый день, но вы проспали и ночь тоже. Когда вы не пробудились и наутро, я забеспокоилась. Решила — отнесу-ка поднос с едой, авось почуете запах да мигом проснетесь!

— На рассвете, — задумчиво сказала Эмили. — А шторм начался незадолго до полудня. Значит, я торчала у этой мачты…

Женщина торжественно кивнула, увидев ее замешательство.

— Вы потеряли немало сил. Вам нужно отдохнуть. Ешьте же, — добавила она. — Нечасто мне выпадает возможность угостить кого-нибудь вкусненьким, откормить немного.

— Значит, вы кухарка в этом доме? — спросила Эмили.

Женщина захлопала глазами, а затем шлепнула себя по лбу.

— Ох, я даже не представилась! Я миссис Макбейн, моя дорогая. Кухарка, экономка и… — Пожав плечами, она обвела взглядом комнату. На ее лице отразилось замешательство.

— Должно быть, очень трудно содержать в чистоте огромный дом, если нет другой прислуги, — сочувственно сказала Эмили, и женщина вздохнула:

— Ваша правда. Я убираю обычно главный этаж. Комнаты в замке большей частью стоят запертыми. У нас редко бывают гости. — Взглянув на Эмили, она взяла еще одну булочку и придвинула блюдо к гостье, приглашая отведать выпечки. — Теперь вам известно мое имя. Но кто вы?

— Эмили. — Она взяла одну из булочек. Рот наполнился слюной, стоило разломить мякиш. В воздухе поплыл слабый дрожжевой аромат. — Эмили Вентворт Коллинз.

— Эмили Вентворт Коллинз, вот как? — Миссис Макбейн с улыбкой наблюдала, как девушка с наслаждением уплетает булочку. — Звучит очень важно. Это имя для знатной леди!

— Нет. Боюсь, у меня нет титула, — призналась Эмили. Затем, собравшись с силами, спросила: — Я помню очень смутно, но уверена, что видела мужчину, который отвязывал меня от мачты.

— Да. — Женщина тяжело вздохнула, подняв облачко сахарной пудры. — Макей.

— Макей? Он красив? Бледная кожа, печальные глаза?

— Да. Киран Макей — красавец дьявол, и это сущая правда. Вот стыд-то.

— Стыд? — осторожно поинтересовалась Эмили.

— Хм… — Морщинистое лицо экономки приняло многозначительное выражение, но потом она быстро переменила тему, устремив на Эмили задумчивый взгляд. — Я смотрю, дорогая, у вас нет колец. Не замужем, правда?

— Нет, не замужем, — призналась Эмили, несколько сбитая с толку ее любопытством. Однако в силу своей природной честности поспешила добавить. — Но почти.

— Почти? — повторила миссис Макбейн, глядя на нее вопросительно.

— Сегодня я должна была выйти за графа, — объяснила Эмили, потом поправилась: — То есть, наверное, вчера. Оттого мы с дядей и пустились в путешествие на север. Должны были к полудню прибыть в родовое поместье, провести там ночь. На следующий день состоялось бы бракосочетание. Кажется, я проспала все время, предназначенное мне на то, чтобы выйти замуж.

— Выйти за графа? Но вы не леди?

Миссис Макбейн была шокирована, и Эмили спрятала улыбку. Она вовсе не была удивлена. Когда-то о таких вещах и не слыхивали, но времена меняются, и люди незнатного происхождения больше не были рабами господ, зато имели право вести торговлю и наживать состояние. С течением времени обедневшие, но титулованные лорды стали брать в жены нетитулованных, но богатых простолюдинок, чтобы занять подобающее место в обществе. Очевидно, миссис Макбейн жила устаревшими понятиями и не одобряла нововведений.

— Пусть у меня нет титула, но я получила хорошее воспитание. И, как мне говорили, я весьма богата. А что до графа, ему требовалась здоровая, молодая женщина, которая могла бы родить наследника. Моему дяде нужен был титул и связи графа, чтобы вести дела. — Эмили грустно взглянула в доброе лицо экономки. — Дядю Джона смыло за борт, когда шторм только начинался. Наверное, не стоит надеяться…

Она замолчала, а миссис Макбейн грустно покачала головой:

— Хозяин сказал, что вы были единственная, кто выжил на том корабле. Мне очень жаль, дорогая.

Эмили кивнула. Она горевала из-за гибели капитана и матросов ничуть не меньше, чем из-за дяди. А ведь она увидела их впервые лишь утром, когда садилась на корабль. По правде говоря, дядя был для нее таким же чужаком, как и все остальные, кто погиб в этом шторме. Она тяжело вздохнула.

— Говорите, ваш дядя и граф хотели этого брака. А вы? Чего хотели вы? — спросила миссис Макбейн, внимательно глядя на Эмили.

— Я? — Она растерянно захлопала ресницами. Никто никогда не брал в расчет ее желаний, и она была не столь наивна, чтобы думать, что бывает иначе. Желания женщины не значат ничего. Ее долг — делать так, как ей приказано, проявляя при этом веселость и послушание. В этом мире решения принимают мужчины. Эту мысль ей внушали с детства. Это в порядке вещей.