— Что ж, в нашем обществе принято уважать разные верования. Однако вы выходите замуж за графа Карлайла, — сказала Эвелин.

— И короли женились на католичках, — вставил Ральф.

— И некоторые из них потеряли затем голову, — любезно напомнила Эвелин.

— Разве что Карл Первый! — пылко возразил Тристан.

— Да, но это сильно пошатнуло устои королевской власти! — не унималась Эвелин.

— Чепуха! Нам повезло жить в замечательную эпоху правления конституционной монархии — история не знала еще такого великолепия, — сказал лорд Уимбли. — В самом деле, Брайан, хоть вы и мрачно настроены, непременно отметим сегодня вечером вашу помолвку с нашей милой Камиллой!

— Сегодня вечером? — спросила она.

— Да. — Взгляд Брайана остался жестким. Она поняла, что ему донесли о ее вчерашней вылазке и теперь он сердится и подозревает ее. Но где он сам пропадал вчера? — У нас назначен званый обед. К счастью, состояние здоровья Алекса позволяет ему там присутствовать. Будет сэр Джон, лорд Уимбли, французский эмиссар, месье Лакруа, и некоторые джентльмены из попечительского совета. Естественно, пригласили и Обри, и сэра Хантера. После того бала нам надо собраться вместе и немного отвести душу.

Она пристально посмотрела на него. В самом деле, отвести душу!

— Омлет? — спросила Эвелин.

— Нет, спасибо. Признаюсь, я не очень голодна сегодня утром.

— Ах, сегодня здесь будет такая суета, столько дел, столько заказов! — Эвелин раскраснелась, предвкушая приятные хлопоты, и добавила задумчиво: — Как в прежние времена.

— Да, пойду сейчас, пожалуй! — любезно произнес лорд Уимбли. — У меня много дел до вечера. Брайан, должен сказать — я в восторге. Я так волновался, что заставил себя поехать к вам с утра пораньше. И ваше решение устроить небольшой обед в дружеском кругу похвально — это блестящее подтверждение серьезности ваших намерений.

— Рад, что вы одобряете, лорд Уимбли. — Брайан встал из-за стола.

— До вечера, — раскланялся лорд Уимбли со всеми и покинул столовую.

— Думаю, мне лучше пойти полежать, чтобы отдохнуть перед вечером, — не хочу ударить лицом в грязь, — сказал Алекс.

— Я посижу с вами, — предложила Камилла.

— Нет, — резко оборвал Брайан. — Тристан и Ральф неплохо сражаются там в шахматы. Они вполне поддержат Алекса и подадут ему все необходимое. Я хотел бы побеседовать с вами, дорогая.

Она любезно кивнула, хотя кровь бросилась ей в голову.

— Столько дел надо переделать! — шептала Эвелин. — О боже, сколько омлета осталось. Придется ублажить утробу Аякса! Аякс, пойдем со мной!

Аякс, дремавший у ног Брайана, встал с места. «Не ходи с ней!» — так и хотелось крикнуть Камилле — но она промолчала. Огромный волкодав поднялся на задние лапы и вилял хвостом, понимая, что ему предстоит знатный завтрак.

— Камилла, будьте любезны, я жду, дорогая, — сказал Брайан.

Принужденно улыбаясь, она вышла из зимнего сада в холл следом за ним. Он открыл двери своих апартаментов и пропустил ее в прихожую. Но как только она очутилась в комнате, он плотно закрыл дверь, встал у порога и посмотрел на нее из-под маски ледяным взглядом.

— Ради всего святого, где вы были вчера? — требовательно спросил он.

— А где были вы?

— И у меня были дела. Где вы были?

— У меня были дела.

— Исповедь?

— Мне много в чем надо исповедаться, — прошептала она.

— Тогда исповедуйтесь мне. Где вы были?

— Ездила в музей.

— Что?!

Камилла набрала в грудь побольше воздуха и повторила:

— Ездила в музей.

— Вы с ума сошли?

— Я там работаю!

— Как раз там, откуда сбежала кобра накануне вечером. Что же вас потянуло туда? Вам, очевидно, понятно, что вы поступили неосторожно, солгав Корвину. Он привык верить на слово и просидел там несколько часов, ожидая вас.

— Но я и правда заходила в церковь, — прошептала она.

— Зачем вы поехали в музей?

— Найти кобру — золотую. Похоже, все ужасно интересуются этой вещицей!

— В музей вы больше не поедете! — Брайан был зол.

— Я поеду туда, куда захочу! — вспыхнула Камилла. — Я не узница здесь. И Тристана больше не задерживайте! — Она старалась говорить требовательно, но голос ее дрожал. Он — граф Карлайл. Многое может произойти, если он того пожелает.

— Так вы и в самом деле настроены уезжать? Вам настолько противно находиться здесь?