— Боже праведный! — воскликнула Камилла.

Он сразу приложил палец к ее губам.

— Это навсегда должно остаться в тайне, — произнес он очень серьезно.

— Разумеется!

— Она прелестный ребенок, я очень дорожу ею. Она никогда не пугалась той маски.

— И я тоже! — напомнила Камилла.

— Никогда?

— Ну, может, чуть-чуть!

Брайан рассмеялся и поцеловал ее.

В замок они вошли рука об руку. Навстречу им из бального зала спешила взволнованная Эвелин.

— Вот так, все разбежались по своим домам — или по углам! — воскликнула она. — Вот и вы, наконец! Ральф ушел в Какой-то паб с Корвином. Мы с Тристаном накрыли для вас обед, но вы не идете. Правда, мы только что начали, присоединитесь?

— Простите меня, Эвелин. Прошу, продолжайте, — сказал Брайан. Он кашлянул и посмотрел на Камиллу, не в силах скрыть жадный блеск глаз. — Сожалею, но мне надо сейчас удалиться.

— Что ж, — прошептала Эвелин, нахмурившись. — Камилла…

— Вымотались! Совершенно вымотались! — пояснила Камилла и полетела к лестнице.

Он не отстал. И она очутилась в его объятиях. Прочь одежды… И она наслаждалась каждым прикосновением, каждой пядью тела своего обнаженного чудовища.

Внизу, в просторном бальном зале, Эвелин вздохнула, присела на кресло и посмотрела на Аякса, безмятежно дремлющего у камина. Затем взглянула на Тристана:

— Что ж, сэр Тристан, полагаю, надо как можно быстрее решать с этой свадьбой!

— Нашей? — поддразнил он.

— Отстаньте! — бросила она.

— Но вы же сами захотите, — пообещал он.

Эвелин примолкла, шокированная такой бесцеремонностью.

— Да ладно вам, Эвелин! — сказал Тристан. Он поднялся. — Боже мой, женщина! Вы можете задирать нос и одергивать других, но со мной это бесполезно.

— Бесполезно со мной! — возразила она, но голос ее сорвался.

Он обошел вокруг стола и встал у нее за спиной, мягко положил ладони на ее плечи и зашептал ей в ухо:

— А вы разве не хотите?

— Да поженятся они! — уверенно сказала она.

— Разумеется. А потом мы, — сказал Тристан.

— Мы еще поговорим! — чопорно ответила Эвелин.

— Да что вы, мы не только поговорим! — уверил он.

Она обернулась к нему, чтобы возразить, но Тристан поцеловал ее. Отличный поцелуй, подумал он. Не так уж и далеко успела отлететь его синяя птица, однако…

Наконец он оторвался от ее губ, она молчала.

— Так мы поговорим, — заверил он.

И Эвелин перестала жеманиться и раздумывать.

— И не только! — прошептала она, из чего он заключил, что непременно должен поцеловать ее еще раз.