Шрифт:
Майя заинтересованно наблюдала за ним. Взгляд ее сумрачно-фиолетовых глаз стал глубоким, губы приоткрылись…
Внезапно она отвела взгляд и едва заметно улыбнулась:
– Она помнит все? Ты действительно так думаешь?
Тьерри кивнул.
– Когда-то я причинил ей лишь боль и страдания. Думаю, она это понимает. – Он вздохнул и опять поймал взгляд Майи. – Поэтому я завершаю круг… сейчас же.
– И ты собираешься уйти.
– Уходи и ты. Больше она для тебя не опасна. Если тебе от меня что-нибудь нужно, можешь иметь дело только со мной. Будешь в Вегасе, заходи. – Взгляд Тьерри был бесстрастным и изучающим.
Откинув голову, Майя рассмеялась мелодичным серебристым смехом.
– О… почему ты не сказал мне об этом раньше? Ты мог избавить меня от некоторых хлопот… но, с другой стороны, ее кровь оказалась такой сладкой. Мне бы не хотелось упустить…
Журчание ее голоса внезапно оборвалось: Тьерри отшвырнул Майю к стене, отделанной дубовыми панелями.
На мгновение он утратил над собой контроль. Он так рассвирепел, что не мог говорить вслух.
Что ты сделала с ней? Что ты сделала? – прокричал он мысленно, схватив Майю руками за горло.
Майя всего лишь улыбнулась. Она была самым древним вампиром и самым могущественным. В каждом вампире, который появлялся после нее, ее кровь разбавлялась, становясь слабее наполовину, на треть, на четверть… Но Майя была самым первым, чистокровным вампиром. Она никого не боялась.
Я? Я ничего ей не сделала, – так же мысленно ответила она. – Боюсь, что именно ты напал на нее. Кажется, ее это очень огорчило… Она даже вонзила в тебя карандаш. – Майя подняла руку, и Тьерри увидел на ней небольшую ранку со следами крови.
«Она прибегла к иллюзии», – подумал он.
Майя могла превращаться в кого угодно и во что угодно. Она обладала даром перевоплощения, подобно вер-вольфам и оборотням. И конечно же, она была ведьмой.
Она и вправду незаурядная, – продолжала Майя. – Но с ней все в порядке: ты не изменил ее кровь настолько, насколько собирался. Как видишь, у нее оказался под рукой карандаш.
Сзади стали подходить люди. Собираясь вокруг Тьерри, они беспокойно перешептывались. Они уже были готовы вмешаться и попросить его оставить девушку, которую он буквально душил.
Но Тьерри не обращал на них внимания.
Имей в виду, – сказал он Майе, глядя в ее насмешливые золотистые глаза. – Если ты снова тронешь Ханну… когда-либо… в любой жизни… я убью тебя. Я убью тебя, – прошептал он вслух, чтобы подчеркнуть свою убежденность в том, что говорит. – Можешь поверить, Майя, я сделаю это.
И он отпустил ее. Ему нужно было срочно увидеть Ханну. Даже небольшое изменение крови вампиром может быть опасным, а кровь Майи была самой мощной на Земле. И вот что плохо: ведь он уже взял у Ханны немного крови прошлым вечером. Она сейчас, должно быть, очень слаба… а может, изменения уже начались.
Тьерри не мог больше думать об этом. Он рванулся к двери, а в голове его звучал насмешливый голос Майи:
Не убьешь, ты сам это знаешь. Ты не убьешь меня. Тьерри умеет сочувствовать… Тьерри – хороший вампир… Тьерри – святой Рассветного Круга… Ты не способен на это. Ты не можешь убивать.
Тьерри остановился у порога и оглянулся. Он посмотрел Майе прямо в глаза:
– Ты меня доведешь…
Выйдя на улицу, он мгновенно растворился в ночной мгле, и тогда его догнали последние слова Майи:
И к тому же ты дал обещание…
Глава 11
Ханна шевельнулась. Как она здесь оказалась и что она здесь делает? Но потом вспомнила. Автомобиль! Она ехала к Чесс! Ее глаза мгновенно открылись.
Ханна успела отъехать довольно далеко от дороги. Ее «форд» затерялся в прерии, где, кроме полыни и перекати-поля, ничего не было. Он уткнулся передним бампером в огромный кактус, согнув его почти до земли.
Ханна огляделась вокруг и увидела, что вдалеке, немного левее, светятся окна в доме Чесс. Она повернула ключ в замке зажигания, но двигатель лишь чихнул и заглох.
«И что теперь? Оставить машину и пойти пешком?»
Ханна попыталась вспомнить, что же с ней произошло после того, как на нее напал Тьерри и она выпила его крови. Она прислушивалась к себе, стараясь обнаружить какие-либо изменения. Но ощущала лишь какое-то странное, легкое головокружение.
«Можно идти. Я в порядке». Прижимая к себе обломок деревянного засова, Ханна выбралась из автомобиля и направилась в сторону светившихся окон. Она почти не чувствовала под собой земли.
Она уже прошла несколько сотен ярдов, как вдруг услышала волчий вой.