— После нескольких дней в дороге я, признаться, рассчитывал хотя бы на три-четыре бассейна…

Я сочувственно вздохнул.

— Уверен, что у тебя дома их не меньше дюжины! Ничего не попишешь, придется тебе привыкать к простой и суровой жизни.

— У меня дома их восемнадцать, — с ощутимой тоской в голосе сказал Лонли-Локли. — И я думаю, что это — неплохое число.

— Ого! — Я уважительно покачал головой. — Хотел бы я знать, есть ли среди них парочка дырявых?

— Увы, такой привилегии я не имею, — вздохнул мой друг. — Можешь мыться, леди Мерилин, я подожду в гостиной.

Когда через четверть часа я поднялся наверх, мой друг вопросительно приподнял брови.

— Не стоило так торопиться, я мог бы подождать и дольше… Или ты всегда так быстро моешься?

— Почти, — улыбнулся я. — Жуткое свинство, правда?

— У всех свои предпочтения, — утешил меня Лонли-Локли. — Но я заранее приношу извинения за то, что не смогу привести себя в порядок столь же поспешно…

— Какая ерунда, — отмахнулся я. — У меня как раз есть одно дельце…

Оставшись один, я тут же потянулся за своей подушкой, нетерпеливо засунул под нее руку и начал ждать. Не прошло и нескольких минут, как в моем распоряжении была первая сигарета, скуренная всего лишь наполовину. Аккуратно погасив окурок, я спрятал его в маленькую шкатулку, специально предназначенную для хранения моих трофеев, своего рода «портсигар» с двумя отделениями: для «бычков» и для целых сигарет, попадающих ко мне так редко, что я постепенно начал отвыкать от их вкуса… Ох, да грех жаловаться, это было куда лучше, чем ничего: несколько месяцев, в течение которых я пытался привыкнуть к местному табаку, казались мне теперь героическим, но воистину скорбным временем.

Часа через два сэр Шурф наконец соизволил покинуть ванную комнату. У меня к этому времени уже скопилось четыре окурка, один другого длиннее: это была на редкость удачная охота! Моя правая рука вот уже двадцать минут неподвижно покоилась под подушкой, и я не собирался прерывать этот процесс. Да и зачем? Этот парень и без того знал обо мне слишком много. Какие уж там тайны…

— Могу ли я узнать, что ты делаешь? — вежливо поинтересовался он.

— Да вот, колдую, как могу! Добываю те самые загадочные «курительные принадлежности»… Отнимает кучу времени, зато совершенно бесплатно. Привычка — страшная сила!

— Это из твоего… с твоей родины? — осведомился Лонли-Локли.

Я молча кивнул и попытался сосредоточиться. Сэр Шурф с недоверчивым любопытством рассматривал окурки.

— Можешь попробовать, — великодушно предложил я. — Это как ваш табак, только гораздо лучше… Тебе так понравится, что мне придется оставить службу, чтобы добывать сигареты для нас двоих!

— Можно попробовать? Спасибо, это более чем великодушное предложение! — Лонли-Локли вежливо выбрал «бычок» покороче и закурил.

— Ну как? — завистливо спросил я.

Моя правая рука все еще оставалась пустой, а я дал себе честное слово, что закурю не раньше, чем покончу с этой нудной работой.

— Табак довольно крепкий, но действительно гораздо лучше того, к которому я привык! — одобрительно заметил Лонли-Локли. — Теперь я понимаю, почему у тебя было такое скорбное выражение лица всякий раз, когда ты раскуривал трубку…

— А оно было скорбное? — рассмеялся я. — Ох, вот она, моя дорогая, пошло дело… Опаньки! — Я быстро извлек руку из-под подушки и внимательно изучил добычу. — Грешные Магистры, только этого мне не хватало!

У меня в руке оказалась самокрутка с марихуаной, в этом не было никаких сомнений. Я отлично знал, как выглядят и пахнут подобные штуки.

— Черт! — обиженно сказал я. — Столько стараний коту под хвост!

— А в чем дело? — поинтересовался Лонли-Локли. — Этот сорт табака тебе не нравится?

— Что-то в этом роде! Даже хуже. Большинство моих соотечественников курят эту траву, чтобы как следует расслабиться, а у меня от нее только голова болит… Наверное, я действительно ненормальный! Хочешь расслабиться, сэр Шурф? Можем поменяться!

— Любопытно… — задумчиво сказал Лонли-Локли. — Я никогда не отказывался от возможности получить новый опыт.

— Будешь пробовать? — Я просиял. — Вот и славно, мои старания не пойдут прахом… А потом, кто тебя знает, может быть, и правда расслабишься? От души тебе этого желаю, Шурф, раз уж тебе не понравился Кеттари…

Я протянул ему самокрутку, а сам с удовольствием докурил остатки его сигареты. Очень хотелось еще, но я строго сказал себе: «У тебя осталось всего три штуки, дорогуша, а впереди — целый вечер. И как ты будешь выкручиваться?» Внушение подействовало, но я был уверен, что ненадолго. Я вздохнул и обернулся к Лонли-Локли.

— Ну что, ты расслабился, дружище? Идем ужинать…

Тут моя нижняя челюсть со стуком упала на грудь. У меня до сих пор нет слов, чтобы описать мое тогдашнее изумление. Сэр Шурф Лонли-Локли улыбался до ушей. Чье бы там лицо он ни напялил, это было невозможно, просто невозможно! Я судорожно вздохнул.

— Эта смешная курительная палочка — отличная штука! — подмигнул мне Лонли-Локли и вдруг глупо хихикнул. — Если бы ты знал, Макс, как смешно говорить с тобой, глядя на эту рыжую девчонку!