— Какую ерунду вы говорите, Джуффин! Почему это «тощая», «широкоплечая»? У нас получится очень милая девочка, вот увидите! — тоном оскорбленного профессионала сказал сэр Кофа.

Он уже начал распаковывать свой сверток. Я с ужасом покосился на высунувшиеся наружу рыжеватые кудри. Кажется, это была моя будущая прическа! Джуффин заметил выражение моего лица, махнул рукой и снова расхохотался.

— Мы решили сделать это заранее, чтобы у тебя было время привыкнуть, — добродушно объяснял сэр Кофа. — Я не раз переодевался женщиной, — да ведь ты сам помнишь нашу первую встречу в «Обжоре»! Видишь ли, у женщин немного другая походка, манеры… Иная реакция на события. Четырех дней маловато, но ты у нас всему быстро учишься. В крайнем случае будешь дамой со странностями… А что, всякое бывает! И не волнуйся, все перемены в твоей внешности произойдут на короткое время… Кстати, Джуффин, сколько времени ему понадобится провести в Кеттари? Мне нужно знать.

— Дай подумать… Дорога займет дня три. В Кеттари караван обычно остается дней шесть-семь. Этого может не хватить… Тогда нужно будет остаться и ждать следующий караван, это еще две дюжины дней… Потом обратная дорога. Да, Кофа, думаю, что твое заклятие должно продержаться четыре дюжины дней: в таком деле лучше пусть будет избыток!

— Четыре дюжины дней? — жалобно спросил я. — А если мы вернемся раньше? Что я буду делать в таком виде?

— Как что? Работать! Какая разница, что за личико прячется под Мантией Смерти? — пожал плечами Джуффин. — Ты подожди, тебе еще понравится!

— Да уж… Представляю, какое удовольствие получит Мелифаро! Вот уж смеху будет!

— А почему ты вообще так уверен, что над тобой будут смеяться? — спросил Джуффин. — Это что, еще один милый обычай твоей прекрасной родины?

Я растерянно кивнул.

— А что, в Ехо такие вещи не считаются смешными?

— Сэр Кофа только что напомнил тебе, что регулярно разгуливает в женском наряде. Ты когда-нибудь слышал шутки по этому поводу? От того же Мелифаро?

— Нет…

Я был вынужден признать, что ничего подобного действительно не происходило. Над аппетитом сэра Кофы не потешался только ленивый, но к его переодеваниям относились как к должному: работа — она и есть работа. Меня опять подвела дурацкая привычка посещать чужие монастыри, с энтузиазмом размахивая собственным уставом.

— Давай, раздевайся! — скомандовал Кофа. — С твоей фигурой действительно будут некоторые проблемы, так что лучше начнем с самого трудного. Физиономию-то я тебе в минуту подправлю!

— Совсем раздеваться? — растерянно спросил я.

— Разумеется, совсем! — прыснул Джуффин. — Ты что, еще и к знахарям никогда не ходил?

— Почти не ходил, хвала Магистрам. Я их боюсь.

— А чего их бояться? — удивился сэр Кофа. — Знахари помогают нам подружиться с собственным телом. И нрав у них поэтому мягкий. Одно удовольствие иметь с ними дело!

— О, вы не знаете наших знахарей! Разрежут на кусочки по пьяному делу, а потом решат, что проще похоронить, чем собрать как было…

— Дырку над тобой в небе, Макс, что же это за место такое, твоя родина? — в который раз изумился Джуффин. — Ладно уж, делай, что тебе говорят. А вы, Кофа, закройте дверь на ключ, а то еще занесет кого-нибудь лихим ветром!

— Мир узнает, как протекают суровые будни Тайного Сыска, и содрогнется! — хмыкнул я, раздеваясь.

Мне пришлось почти час неподвижно простоять в центре комнаты, а сэр Кофа старательно массировал воздух вокруг моего бедного тела. Ко мне он так и не прикоснулся, но ощущения были приятнейшие, как от легкого расслабляющего массажа.

— Вот и все, Макс… Подумай, кстати, как тебя теперь будут звать. Тебе понадобится хорошее женское имя!

Я с опаской оглядел себя. Все было в полном порядке, то есть без изменений: бедра не расширились, бюст не вырос…

— Это же не настоящее женское тело, — улыбнулся сэр Кофа. — Это просто иллюзия, зато отличная иллюзия! Одевайся, сейчас поймешь… Да не в это!

Я растерянно вернул свою скабу на ручку кресла.

— Возьми на столе, я принес тебе отличный костюм, столичные модницы от зависти лопнут! Давай, одевайся, сейчас ты здорово удивишься!

Я порылся в разноцветном тряпье, обнаружил там темно-зеленую скабу и быстренько напялил ее на себя.

— Ой!

Это было все, что я мог произнести: тонкая ткань наглядно обрисовывала нежные изгибы какого-то незнакомого женского тела. Джуффин с восхищением посмотрел на Кофу.

— Здорово! Гораздо лучше, чем я себе представлял. Ну, давай, заканчивай: такая милая леди, с такой угрожающей щетиной, смотреть больно! Ты бы хоть брился иногда, сэр Макс!

— А я брился. Вчера, — я пощупал подбородок. — Тоже мне щетина! Смех один…

— Ничего, Макс, теперь у тебя таких проблем долго не будет, — пообещал сэр Кофа, намазывая мою растерянную рожу какой-то черной дрянью. — Вот так! Эта штука действует даже дольше, чем требуется.

— Это лучшая новость с момента принятия кулинарной поправки к Кодексу! Уже можно умываться или нужно ждать?

— Чего ты собрался ждать и зачем тебе умываться? — удивился Кофа.

Он надел на меня светлый, рыжеватый парик, длинные пряди которого сразу же начали щекотать мне плечи.

— А, ты имеешь в виду мою мазь? Ну, так она уже исчезла вместе с твоей щетиной. Я все же колдун, а не брадобрей!.. Да, и не вздумай снимать этот парик: будет больно. Теперь это твои настоящие волосы — на какое-то время. Садитесь в кресло, леди. Уже почти все в порядке, остался последний штрих.