Опять хмыканье аудитории.

– Совершенно верно, драконы - гермафродиты, один и тот же индивид наделен как мужскими, так и женскими детородными органами.
– Лейтенант повернулся лицом к новобранцам.
– Представляете, как можно дракона выбранить?

Смех улегся, и лейтенант протянул руку к экрану.

– Что надо делать, когда вы видите такое существо?

– УБИВАТЬ...

...Я отрегулировал экран, а компьютер выловил очередной драконианский истребитель - на дисплее истребитель выглядел как сдвоенный "х". Драконианин заложил крутой вираж влево, затем опять вправо. Я чувствовал, что автопилот тянет мой корабль следом за истребителем, отсортировывает и отбрасывает ложные изображения, старается поймать противника в электронные перекрестья. "Ну давай, жабья рожа... левее чуть-чуть..." Двойной крестик переместился в пристрелочные кольца на дисплее, и я увидел, как от брюха моего истребителя отделился реактивный снаряд. "Есть попадание!" Через фонарь своей кабины я увидел вспышку в момент разрыва снаряда. Судя по моему экрану, дракошкин истребитель потерял управление и теперь, сваливаясь в губительный штопор, мчится к затянутой тучами поверхности Файрина-4. Я вошел в пике, намереваясь закрепить поражение противника... температура обшивки заметно повысилась, когда мой корабль попал в верхние слои атмосферы. "Давай же, черт тебя возьми, вступай в бой!" Когда стало ясно, что придется преследовать дракошку чуть ли не до самой почвы, я перестроил все системы корабля на атмосферный полет. Все еще находившийся над тучами дракошка вышел из штопора и заложил вираж. Я отключил автопилот и потянул на себя рычаг управления. Истребитель так и завибрировал, пытаясь набрать высоту. Всем известно, что драконианские корабли куда лучше чувствуют себя в атмосфере... вот пошел мне наперехват... отчего же эта мразь не открывает огонь... перед самым тараном дракошка катапультируется... Горючее кончилось, придется производить посадку с неработающим двигателем. Я провожаю взглядом капсулу, намереваясь разыскать и прикончить драконью мразь...

Может, секунды прошли, а может, годы, пока я барахтался в кромешной тьме. Я чувствовал какие-то прикосновения, однако те части моего тела, к которым кто-то прикасался, казались далекими-предалекими. Сперва озноб, потом жар, потом опять озноб, кто-то охлаждает мне голову, кладя на лоб ласковую руку. Я приоткрыл глаза, до предела сощурясь, и увидел, что надо мною хлопочет Джерри, обтирает мне лоб чем-то холодным. С неимоверным усилием я выговорил:

– Джерри...

Драконианин посмотрел мне в глаза и улыбнулся:

– Хорошо будет, Дэвидж. Хорошо будет.

По лицу Джерри скользнул отблеск огня, и я унюхал дым.

– Пожар.

Отойдя в сторонку, Джерри указал на середину песчаного пола. Я с большим трудом повернул голову и понял, что лежу на постели из мягких упругих веток. Напротив моей постели была устроена другая такая же, а между ними вовсю трещал уютный костерок.

– Огонь теперь мы иметь, Дэвидж. И дерево.

Джерри показал на крышу, устроенную из деревянных жердей и затянутую широкими листьями.

Я огляделся по сторонам, затем бессильно уронил гудящую голову и закрыл глаза.

– Где мы?

– Большой остров, Дэвидж. Бурун от песчаная коса нас смыть. Ветер и волны сюда отнести. Прав ты был.

– Я... ничего не понимаю, _на гавей_. Чтобы попасть с песчаной косы на большой остров, понадобились бы не одни сутки.

Джерри кивнул и бросил нечто вроде губки в подобие раковины, наполненное водой.

– Девять сутки. Тебя я привязать к _назесей_, тогда здесь на берег мы высадиться.

– Девять суток? Я провалялся в беспамятстве девять суток?

– Семнадцать, - поправил меня Джерри.
– Здесь мы высадиться восемь суток...
– Драконианин помахал руками у себя за спиной.

– Назад... Восемь суток назад.

– _Аэ_.

Семнадцать суток на Файрине-4 - это побольше земного месяца. Я вновь открыл глаза и взглянул на Джерри. Драконианин прямо-таки дрожал от возбуждения.

– А как _теан_, твой ребенок?

Джерри похлопал себя по округлившемуся животу.

– Хорошо будет, Дэвидж. Ты больше _назесей_ ударить.

Я с трудом подавил желание кивнуть головой.

– Рад за тебя.
– Я смежил веки и отвернулся лицом к стене - сочетанию деревянных жердей с листьями.
– Джерри!

– _Эсс_?

– Ты мне жизнь спас.

– _Аэ_.

– Для чего?

Долгое время Джерри безмолвствовал.

– Дэвидж. На песчаная коса ты говорить. Одиночество теперь _гавей_. Драконианин пожал мне руку.
– Вот, теперь ты кушать.

Я вновь перевалился спиной к стене и заглянул в раковину, полную дымящейся жидкости.

– Это что же такое, куриный бульон?

– _Эсс_?

– _Эсс ва_?
– Я щелкнул пальцем по раковине и лишь теперь осознал, до чего же ослаб.

Джерри нахмурился.

– Как слизень, только длинный.

– Угорь?

– _Аэ_, но угорь на земля, _гавей_?

– Неужто змея?

– Возможновероятнонеисключено.

Кивнув в знак понимания, я приложился губами к краешку раковины. Втянул в себя капельку бульона, глотнул, и по моему телу разлилось целительное тепло.

– Хорошо.

– Ты _кеста_ хотеть?

– _Эсс_?

– _Кеста_.
– Потянувшись к костерку, Джерри извлек из-под угольев какую-то прямоугольную каменную глыбку. Я пригляделся, поскреб ногтем, лизнул.

– Соль! Поваренная!

– _Кеста_ ты хотеть?
– заулыбался Джерри.

– Все путем.
– Я рассмеялся.
– Давай, давай сюда свою _кеста_.

Маленьким камешком Джерри отколол уголок глыбки, после чего тем же камешком истолок осколки о другой камень. Затем протянул мне ладонь - на ней виднелась крохотная горка белых крупинок. Я взял себе две щепотки, всыпал в змеиный суп и размешал пальцем. Затем присосался к обалденно вкусному хлебову. Даже губами причмокнул.