— Мы не знаем, о чем беседовали Адам с Богом, — сказал Сим.

Динка внимательно на него посмотрела и снова села с ним рядом на гоферовое бревно.

— Ну, согласись, Сим, что наука уже раскрыла много такого, что Творец утаил от людей, — продолжала она уже гораздо спокойней. — Знаешь, может быть, Он и сам не предвидел многих возможностей природы и человека. Ну, вот хотя бы то, что все живое может рождать не только себе подобное, но и вовсе даже бесподобное — это я про геенную инженерию. Разве Творец озаботился дать нам запасные органы на смену больным или одряхлевшим? Нет, их нам дала наука — геенная медицина. А геенная биология? Какие удивительные свойства благодаря ей приобрели овощи и фрукты!

— Ну да, утратив вкус и полезность, они зато могут сохраняться годами.

— Вот видишь! Наверняка даже твой отец планирует взять в плаванье геенно измененные овощи фрукты.

— Вот уж нет! — возразил Сим. — Мы собираемся взять с собой только натуральные продукты, то есть те овощи и фрукты, которые выращены и улучшены естественным путем. Да мы и сейчас только такие употребляем в пищу.

— Дело ваше, у вас ведь все не как у людей. А человечество развивается своим путем и в няньках, то есть в руководстве Бога, больше не нуждается! К тому же ученые начали сомневаться, действительно ли это Творец создал мир и человечество, не зародились ли они сами по себе, просто по законам природы? А есть и еще более смелая теория, будто мир и человек в мире созданы даймонами, бывшими ангелами, отпавшими от Творца ради творческой свободы!

— Это уже полный и отвратительный бред, — пожал плечами Сим.

— Не согласна! В этом определенно что-то есть. Даймоны, по крайней мере, искренне интересуются человечеством и общаются не с избранными праведниками, как Творец, а со всеми подряд, кто готов выйти с ними на связь, не отвергая ни мужчин, ни женщин, ни детей. Вон за морем живет и процветает целая страна каинитов, которым постоянно помогают даймоны. А самые умные из сифитов женятся на каинитках и производят нефилимов и рефаимов, а это — люди будущего! — И добавила мечтательно: — Вот бы туда попасть!

— Совсем с ума сошла, — покачал головой Сим. — Динка, ну что ты такое несешь? Зачем тебе-то каиниты и их проклятое потомство? Ведь это от них все зло на земле!

— Да ладно, не кипятись: у меня все равно таких денег нет и не предвидится, чтобы попасть на Тот берег.

— Вот и слава Богу.

Помолчали. Потом Дина вновь вернулась к прерванной теме.

— В общем, я хочу сказать, что каждый выбирает себе теорию происхождения по вкусу. Ты можешь верить в Бога Творца, если уж тебе хочется идти по стопам отца, и я тебя понимаю и не осуждаю: для вас это истина. Но люди предпочитают другие теории. Было бы разумно и тебе с ними познакомиться.

— Зачем же изучать заблуждения, если тебе известна истина? — спросил Сим.

— Да чтобы быть в курсе исканий человеческого ума! Для общего развития хотя бы, темный ты человек! Надо ведь быть терпимым к тому, что думают и говорят другие люди.

— Ты у нас очень терпима, Диночка! — засмеялся Сим. — Ты кричишь на каждого, кто только рот откроет, чтобы возразить тебе.

— Скажешь тоже… Я кричу, конечно, на свой персонал, но ведь с ними иначе нельзя, они все лентяи и ворюги. А ще нибудь в обществе я очень даже терпима к чужому мнению: пусть все говорят что хотят, мне и дела нет до чужих взглядов, лишь бы люди ко мне хорошо относились. А они хорошо относятся как раз к тем, кто с ними соглашается или делает вид, что готов согласиться.

— Дина, а ты что, сама больше не веришь в то, что Господь создал этот мир и человека в нем?

Сим повернулся к ней и заглянул в глаза.

— Разве это так важно? — потупившись, спросила Динка. — Ну ладно, я скажу, что я об этом думаю. Пусть Бог действительно создал этот мир и нас, людей, но ведь это еще не повод позволить Ему командовать созданными Им людьми! Мало ли кто кого создал… Этак все родители захотят своими детьми руководить, и что это будет за жизнь? И главное, кому она такая нужна? Мне — точно нет. Отец у меня, к сожалению, был человек, а не даймон, не то бы я тоже жила за морем, как живет Золотой миллион нефилимов и рефаимов. А вот мать я Хорошо помню, жила с ней до пятнадцати лет. Ох и редкостная была стерва! Дни считала, когда можно будет избавиться от дочери законным образом, после того, как получила от меня то, ради чего меня разыскивала, — мою левую почку. Впрочем, и я за мать особо не держалась. Да ну ее, чего это мы о ней вспомнили?

— Это ты о ней заговорила, Дина.

Динка решила резко переменить тему.

— Забудем о ней. Так ты говоришь, Ной собирается в плаванье через сто дней?

— Да, уже через сто дней…

— И ты с ним?

— Конечно.

— А ты помнишь, о чем мы говорили в прошлый раз?

— Помню.

— Ты, в общем, Симка, решай! Либо бросай всю эту ковчежную мутотень, либо прощай, Сим, брат мой названный! Оставил бы ты своих и пере ходил жить ко мне. Дурочку свою Лию можешь взять с собой, она мне не мешает. Мы с тобой вдвоем можем так развернуться по всему берегу, Сим, что конкуренты от зависти сдохнут! Есть у меня такой план. А пока и доверить этот план некому, верного человека у меня нет, кроме тебя: стоит только отвести глаза на минуточку — все разворуют! Да и прямо на глазах тащат… Не успеют поставщики подвезти строительный материал и сгрузить его, как штабеля начинают таять, даже если на стройке выходной день. Ну все унести готовы, буквально все! Унесут — и мне же потом продать норовят.

— Никак ты меня в сторожа хочешь определить, Дина? — засмеялся Сим.

— Ну что ты, брат! Ты станешь главным управляющим моего «Ковчега». Ты, Симка, конечно, фантазер, ты мне столько водорослей на уши навешал за последние сто лет, что ими можно для всей гостиницы матрацы набить. Но ты никогда меня не обманывал, никогда! Вот это — нет. Ты честный и ответственный, а эти два качества теперь среди людей почти не встречаются. И работать ты уме ешь, я же вижу, как ты вкалываешь каждый день. Сейчас мало кто готов трудиться как следует даже ради денег: все хотят их либо даром получить, либо украсть. Вот я одна и бьюсь-кручусь в деле, как одинокая пчелка…