Посветив фонариком, Сьюзен обнаружила там изможденного, худющего щенка. На вид ему было месяцев шесть. Он отскочил от ее прикосновения, а сама она не могла пролезть в трубу. Она отправилась в тот городок, разбила витрину продуктового магазина и вёрнулась назад на рассвете, неся в руках сумку с продуктами. И этот трюк сработал. Щенок, бережно привязанный к багажнику, поехал с ней.

Дик Эллис пришел с восторг от щенка. Это оказалась сука ирландского сеттера, скорее всего чистопородная. Когда она немного подрастет, Кин, несомненно, с удовольствием познакомится с ней. Новость пошла гулять по Свободной Зоне, и в этот день о матушке Абигайль все забыли, возбужденные историей собачьих Адама и Евы. Сьюзен Штерн стала чуть ли не героиней, и никто даже не задумался над тем, что же она делала ночью так далеко от Боулдера.

Но Стью запомнил именно то утро, когда обе девушки покидали Боулдер. Потому что никто в Свободной Зоне больше не видел Дайану Юргенс.

Двадцать седьмое августа; темно; Венера ярко сияет в небе.

Ник, Ральф, Ларри и Стью сидят на ступенях дома Тома Каллена. Том резвится на лужайке.

«Пора», — написал Ник. Стью тихонько спросил, нужно ли снова гипнотизировать Тома. Ник отрицательно покачал головой.

— Хорошо, — сказал Ральф. — Не думаю, что я смог бы перенести это еще раз. — Повышая голос, он крикнул: — Том! Эй, Томми! Иди сюда!

Том, смеясь, подбежал к ним.

— Том, тебе пора идти, — сказал Ральф. Улыбка Тома растаяла. Казалось, он только сейчас заметил, что уже стемнело.

— Идти? Сейчас? Нет. Когда темнеет, Том отправляется в постель. Том не любит находиться на улице в темноте. Из-за привидений. Том… Том…

Он замолчал, остальные напряженно смотрели на него. Том застыл. Он вышел из ступора… но не так, как обычно. Это не было обычным внезапным оживлением, он оживал очень медленно, неохотно, почти мрачно.

— Идти на запад? — спросил он. — Вы хотите сказать, что настало это время?

Стью положил руку ему на плечо.

— Да, Том. Если ты можешь.

— В дорогу.

Ральф, издав сдавленный стон, бросился за угол дома. Том, казалось, не заметил этого. Его взгляд метался между Стью и Ником.

— Идти ночью. Спать днем, очень медленно, почти в полной темноте. — Том добавил: — И увидеть слона.

Ник кивнул. Ларри принес рюкзак Тома, и тот задумчиво взвалил его на плечи.

— Ты должен быть очень осторожным, Том, — сдавленно произнес Ларри.

— Осторожным. Да.

Стью запоздало подумал, что следовало бы положить Тому одноместную палатку, но затем отбросил эту мысль. Том всполошил бы всю округу, устанавливая даже маленькую палатку.

— Ник, — прошептал Том, — мне действительно необходимо делать это?

Ник, положив руку на плечо Тома, медленно кивнул.

— Хорошо.

— Иди по широкому четырехполосному шоссе, Том, — сказал Ларри. — По тому, где написано № 70.

Ральф отвезет тебя к его началу на мотоцикле.

— Да, Ральф. — Том замолчал. Вернувшийся Ральф вытирал глаза носовым платком.

— Ты готов, Том? — спросил он.

— Ник? Но мой дом по-прежнему останется моим, когда я вернусь?

Ник закивал головой.

— Том покидает свой дом. Да.

— Мы знаем, Томми. — Стью чувствовал, как слезы душат его.

— Ладно. Я готов. С кем я еду?

— Со мной, Том, — сказал Ральф. — По дороге № 70, запомнил?

Том кивнул и направился к мотоциклу. Ральф шел за ним, сильно сутулясь. Даже перышко на его шляпе, казалось, поникло. Они сели на мотоцикл, и Ральф завел мотор. А еще через мгновение мотоцикл, пролетев по Бродвею, свернул на восток. Трое мужчин застыли, наблюдая за растворяющимся в темноте силуэтом и прыгающим пятном фары. Затем и огонек исчез.

Ник, опустив голову и засунув руки в карманы, пошел прочь. Стью попытался присоединиться к нему, но Ник почти яростно покачал головой и жестом попросил его уйти. Стью вернулся к Ларри.

— Вот так, — вздохнул Ларри, и Стью мрачно кивнул. — Если он не вернется, семеро из нас — возможно, без Франни, она всегда была против засылки Тома — всю оставшуюся жизнь будут винить себя за принятое решение.

— И Ник будет страдать больше всех, — сказал Стью.

— Да, больше всех остальных.

Они смотрели, как Ник медленно бредет по Бродвею, пока его фигура не растаяла в темноте. Затем оба перевели взгляд на темный дом Тома.

— Пойдем отсюда, — внезапно предложил Ларри. — Все эти чучела… у меня прямо волосы встают дыбом.

Они ушли. А Ник вернулся и еще долго стоял на лужайке перед домом Тома Каллена, все так же засунув руки в карманы и опустив голову.

Джордж Ричардсон, вновь прибывший доктор, обосновался в «Дакота-ридж медикэл сентр», потому что это было ближе всего к городской больнице Боулдера с ее современным медицинским оборудованием, огромными запасами лекарств и отличными операционными.