Литта сморщилась, невесело глядя на воду, наполняющую ванну. Вспомнила, как учил её Рэсс менять настроение: на что оно похоже? Девочка присела на край ванны. На что похоже настроение? На дохлую лягушку. На лошадиную "мину". На… на… И подавила смешок! На недовольную физиономию тёти, которая узнала, что дед даст ей деньги в обычный срок и что несколько дней ей придётся сидеть без денег! И всё из-за колье с "мерцающими".

Прошло несколько дней, прежде чем Литта почувствовала, что "золотые" заметно изменились. Они продолжали с нею общаться, но крепло ощущение, что они стараются как бы отодвинуть девочку от себя. Даже Конан смотрел на неё странно: то ли изучающе, то ли оценивающе. Может, тому способствовало время сессий? Компания "золотых" заметно поредела. Физическими упражнениями занимались лишь те, кто сдавал сейчас курс единоборства с холодным оружием. Только Стивен наслаждался совершенной свободой — самый старший из "золотых". Он давал Литте уроки живописи и одновременно беспорядочно, так, к слову, рассказывал девочке историю мирового искусства. Литта сдала свои экзамены экстерном и, не дожидаясь каникул, стала заниматься следующим курсом.

Но даже усиленные занятия не сбили её с толку, и однажды она напрямик спросила:

— Стивен, в чём дело? Почему "золотые" на меня косятся?

— Вот так сразу? Напористая ты девица! — засмеялся Стивен. — А если и я так сразу?

— Как? — раздражённо сказала Литта — и замерла: неужели замковые служащие проболтались, неужели "золотые" узнали, что она дралась с мутантами?

— А так: когда ты играла с "волками", что ты использовала, кроме приёмов?

— Скорость и силу.

— А ещё?

— Ну, ловкость… Наверное.

— И всё? Подумай хорошенько.

Девочка подняла глаза к тёмно-синим вершинам, вспоминая. Моменты поединков развёртывались перед нею, словно в замедленных кадрах, и она смотрела внимательно. Нет, даже в азарте боёв она не сделала ничего, что отличало бы её от остальных. Что же тогда заставило Стивена настаивать на своём вопросе?

— Я видела их глазами Рэсса.

— Очень хорошо. А теперь объясни мне, непосвящённому, что это значит — видеть глазами Рэсса.

— Я видела, что "волки" дерутся медленно и неуклюже.

Глаза художника просветлели странной отстранённостью. Он сосредоточенно смотрел в ничто. Литта поняла: он пытается примерить на себя её видение, её глазами увидеть её же бои. Минуты спустя его взгляд снова стал осмысленным и острым.

— Правильно ли я тебя понимаю, Литта: видеть глазами Рэсса — видеть глазами опытного учителя? — чуть громче, чем обычно, уточнил Стивен. — Что при твоей скорости и дало такой результат. А тебе не кажется, что твоя скорость необычна?

Литта оглянулась на тесно столпившихся вокруг них "золотых". До неё уже дошло, чего добивается Стивен и почему он хочет, чтобы её ответ услышали все.

— Я плохо объясняю… Но я не мутант и не урод. Думаю, медицинской аппаратуре, на которой меня обследовали, можно верить. Радиация, как ни странно, меня не коснулась. За что я опять-таки благодарна Рэссу. А насчёт скорости… Какая кошка быстрее и сильнее — домашняя или дикая? Кто лучше стреляет — любитель в тире по равномерно движущейся мишени или тот, от чьей меткости зависит его собственная жизнь? Когда Рэсс дал мне меч, у меня не было самого главного для бойца — зрения. Я училась драться на слух. Почему бы и нет? Надо выжить — по движению воздуха, по шороху угадать замысел противника, определиться, как отвечать, чтобы опередить его и спастись самой. Так что в моей скорости нет ничего необычного.

— Отсюда любой противник для тебя, прозревшей, — неповоротливый увалень? — медленно, словно сам только что понял, подсказал Конан.

— Примерно так.

— Кажется, я понимаю Литту, — удивлённо сказала Кора. — Мы всё время забываем о слепоте Литты в Мёртвом городе, условиях, мягко говоря, далёких от домашних… Литта, извини. В последнее время мы относились к тебе почти враждебно. Мы думали, ты используешь в боях какие-то сверхъестественные возможности, которым научил тебя Рэсс. Ещё раз — извини нас, Литта.

"Золотые" облегчённо и радостно загомонили, а Литта смеялась их искренним извинениям — и никто не заметил, что девочка смеётся через силу. "Дед прав. Мои способности могут вызвать лишь подозрения и враждебность. А если бы они узнали о случае в замке? Что тогда? Даже те, кто хотел бы дружить со мной, отвергли бы меня… Рэсс, где ты? Я хочу уйти из этого регламентированного мира! Возьми меня с собой!"

37.

Вирджиния прошла мимо охраны и, как обычно, не стучась, распахнула дверь. Первый же шаг в апартаменты Литты едва не заставил её упасть. Комнаты словно не желали впустить её. Нечто прозрачное и упругое мягко оттолкнуло девушку, а когда она попыталась нажать коленом, то ощутимая преграда ненамного дала ей втиснуть ногу в жёстко пружинящий воздух. С любопытством и опаской Вирджиния попробовала странную защиту и почувствовала: преграда не однородна — она волновалась и текла чуть ощутимой для ладони тысячью струек.

Отступив, Вирджиния заглянула в гостиную и насторожилась. Литта сидела в позе "лотос", лицом к двери; перед нею лежал меч, на который девочка сонно смотрела полузакрытыми глазами. Вирджиния выждала и нерешительно позвала:

— Литта!

Литта с видимым усилием подняла глаза на девушку, и Вирджиния попятилась, испуганная невидяще тяжёлым взглядом… Спустя секунды серые глаза девочки вновь устремились на оружие, а Вирджиния отскочила от двери с отчётливым ощущением: задержись она хоть на миг — и ей не уйти, пока девчонка не придёт в себя…