Что-то в нём Литте показалось изменившимся. Вроде взгляд стал несколько другим… Брови! У него появились брови — короткие волоски наметили новый штрих в его лице, и оно потеряло сходство с безжизненно застывшей маской, обрело возможность выражать чувства. Сейчас, благодаря сдвинутым бровям, оно хмурилось. Именно это обстоятельство и заставило Литту опустить бластеры.

— Как ты добралась сюда?

— В капсуле.

— Ты понимаешь, что ставишь под угрозу сразу две жизни?

— Не надо меня поучать. Я хочу знать, что здесь происходит.

Она пытливо всматривалась в странное лицо, мысленно накладывая на него по-детски памятные, но полустёртые временем черты.

— Ладно. Происходит здесь следующее: тебе придётся стать членом маленького отряда, который собирается захватить вражеский флагман. В теле Странника, которое ты подожгла, сидит Безымянный. Позади тебя находится метаморф с планеты Эрис — Тэн. Он прилетел на астероид, сопровождая твоего мужа.

— Значит, внезапные паранормальные способности Криса неслучайны? — уже задумчиво, успокоенная объяснением, спросила Литта — и всё же вновь дёрнулась, уловив ответ за спиной.

— Приношу извинения за вмешательство, но я просто доделал то, что было начато тобой, Литта, — в обличии Чёрного Странника склонился перед ней Тэн.

— Ну и морды! — сорвалось у Литты при виде двух совершенно одинаковых жутких лиц.

— Хорошо понимаю твою реакцию, — со вздохом пробормотал Джон и заметил: — Теряем время. Безымянный, ты должен знать, как действует переходное устройство. Неплохо бы побыстрей смыться со шлюпа. Что-то мне не по себе от их равнодушия.

Это и правда несколько странно: Странники так домогались Безымянного, а теперь демонстрировали полное безразличие к его захвату. Или их отношение опять говорит лишь об их самоуверенности? "Или беспечности", — с надеждой подумала Литта.

Ещё дымящийся Безымянный вразвалку подошёл к стыковочному люку "шлюп — флагман" и начал колдовать над щитом автоматического переключения, причём настолько медлительно, что даже Тэн не выдержал.

— Поторопись, Безымянный.

— Нельзя. Едва я вывожу своего Странника на уровень сознания, как он сразу вопит от страха. Довольно неприятный звук. Поэтому приходится копаться в его памяти. А память у него, как у сонного животного, вялая, тяжёлая, тягучая.

Трое почти не слушали его ворчания, напряжённо сжимая в руках готовое к бою оружие… Вот откроется люк, а за ним — вооружённая охрана Чёрных Странников… С металлическим подвывом открылся один стыковочный люк, затем другой и несколько следующих. Вскоре перед маленьким отрядом образовался тоннель-анфилада между шлюпом и флагманом. Оказывается, шлюп вошёл не в ангар, а в стыковочный отсек прямо в обшивке корабля.

— Дышать можно! — объявил Безымянный.

— Но почему такой длинный? — приглушённо спросила Литта, всматриваясь в убегающий вдаль коридор.

— Возможно, в каждом из отсеков свой проверяющий контроль с новым паролем? — предположил Тэн. — Не знаешь пароля — тут же уничтожают…

— Обрадовал.

— Тогда ещё один вариант: это не только стыковочный коридор, но и внутренний.

— Нам этот вариант что-то даёт?

— Пока не знаю.

Безымянный быстро проверил тоннель. Биоэлементы в защите отсутствовали, поэтому он оказался не в состоянии определить, есть ли на пути ловушки. Тэн пожал плечами, превратившись в нахохлившегося грифа: привычному сканированию на теплокровных коридор не поддавался.

— Что будем делать? — в пространство спросил Джон.

Он помолчал, словно ожидая ответа с того конца тоннеля. Не дождался, вернулся к щиту переключения и внимательно обследовал его. Через некоторое время предохранительный лист щита аккуратно был поставлен на пол.

Затаив дыхание, Литта смотрела, как Джон без колебаний сунул ладони в беспорядочный хаос проводов и закрыл глаза. Лицо его словно опало, а губы потеряли живой цвет, серея до бледности. Видимо, то, что придумал Джон, требовало предельного напряжения…

Тэн вдруг оживился, встал за спиной воина. Литта поспешно перевела уровень зрения на порядок выше и "увидела": метаморф подкачивал Джона энергией, а тот… Тот "расплылся" по проводам, "уходя" всё дальше, вглубь таинственного коридора… Наконец он шагнул назад, вытирая мокрое от пота лицо.

— Обычная автоматика. Никаких ловушек. Безымянный, что скажешь о численности Странников на флагмане?

С минуту Безымянный молчал — потом заговорил, странным образом смешивая в голосе два трудно сочетаемых чувства — печаль и презрение.