29.

Джон Доу кратко изложил суть дела: отдайте осаждающим то, что они требуют, и напряжённая ситуация увянет сама по себе.

Некоторое время Литта постукивала пальцами по столу и бесстрастно смотрела на бесстрастную же лоскутную маску напротив. Машинально она отметила, что швы на лице Джона уже почти незаметны. Тем досаднее видеть новые, свежие царапины. Та сила, что сидит в нём, успешно восстанавливает его. Она инстинктивно проследовала за последней мыслью и — хватит играть в благородное умалчивание! — напрямую спросила:

— Им нужен тот, кто сидит в тебе?

Сине-зелёные глаза Джона застыли.

— Да. Как вы о нём узнали?

— Он защищал тебя, когда ты находился на грани жизни и смерти. Так я права?

— Да. Но они его не получат. Они будут держать меня живым, пока уходят из этой вселенной. Потом мне нетрудно будет убедить их, что Безымянный разгневался на меня из-за предательства и ушёл от меня.

— Безымянный?.. Джон Доу с двойным дном? Оригинально. И тебе всё равно, что будет с тобой?

— Вы можете предложить другой выход? — спросил Джон. — Я не герой, но вопрос, по-моему, поставлен так: или погибают все — или один. А я, в конце концов, виновник всей этой заварухи, чувствую ответственность за происходящее. Так что, по справедливости, мне и отвечать за всё.

— Но… — начала Литта и умолкла, наматывая на палец прядь волос с виска. Если смотреть в самую суть дела, она не могла приказать Джону, запретить ему. Это его дело. И, по главному счёту, он прав. — Поступай, как хочешь. Твой Безымянный — страшная сила. Поэтому ты не хочешь, чтобы он попал к ним?

— Поэтому.

— И всё же. Они узнают, что Безымянного в тебе нет. Убьют тебя. А что с Безымянным?

— Это будет проблемой для другой вселенной. И потом, госпожа, меня так часто хоронили… что я начинаю оптимистически смотреть на потенциальную смерть.

— А те, что улизнули в потолок?

— Не моя сфера, госпожа. Я не знаю, кто они или что они.

Крис чуть приподнял бровь. Литта развернулась и решительно перешагнула через порог номера, в котором они разговаривали. Остальные, смущённо помешкав — вот так спокойно отправить человека на смерть! — тоже двинулись к двери. Дэниел оглядел комнату и вздохнул.

— Надеюсь, гостей ты больше не ждёшь? Оставайся здесь, пока не прозвучит вызов на связь оттуда. Обед через час. Если хочешь, могу прислать ребят для охраны.

— Спасибо. Не надо. Обойдусь.

30.

Дверь въехала в пазы.

Джон выждал немного и, исподлобья глянув в левый угол, где недавно стоял Крис, негромко произнёс:

— Меня раздражает, когда приходится напрягать глаза.

Воздух в углу исказился, и постепенно, словно в тончайшую стеклянную форму вдунули дым, появилась объёмная фигура, похожая на свёрнутый жёсткий кокон. Кокон высился над Джоном на локоть. Верхняя часть крыльев слегка разошлась, открыв обнажённые широкие плечи и крупную голову гордой посадки. Все видимые формы существа напоминали человеческие, но вдумчивый взгляд по-другому бы оценил их мощь и совершенство.

— На каком уровне будем беседовать?

— На уровне Безымянного.

— Вы знакомы?

— Знаю о нём.

— Интересное кино… Как же мне тебя называть?

Крылатое существо неожиданно стало таять, словно оплывающая ледяная скульптура. Джон присел на кровать, с любопытством ожидая результата странной метаморфозы. Наконец существо перестало изменяться.

В комнате стоял обыкновенный человек, одного роста с Джоном, в первую минуту вызвавший тревожное чувство узнавания. Он был сухощав и немного коренаст, а его голубые глаза пытливо всматривались в спокойное лицо Джона.

— Как будто мне одного Безымянного мало, теперь свёл знакомство с бесформенным… Судя по твоему молчанию, я должен догадаться, что за личность ты изобразил. Зря стараешься. Моя память как решето, да к тому же разодранное.

— Джон, он изобразил тебя до твоей первой смерти.

— Любопытно же я выглядел!

— Почему Безымянный не возвращает тебе память?

— Мне нужно вспомнить самому. Постепенно. Без давления. Вот так, как я вспомнил тебя, обитатель Мёртвого города. Дело в том, что, умирая и воскресая, я каждый раз прохожу путь всех физических тел моей души. Попытайся Безымянный открыть плотину, хотя бы чуть-чуть подтолкнуть, чтобы я что-то вспомнил, — и мой мозг сгорит от перегрузки. Ведь я вспомню одновременно все жизни. Тогда как мне нужна лишь последняя. Поэтому моя память несколько избирательна. Теперь — твоя очередь, бесформенный.

— Я хранитель планеты Эрис.

— Далеко же ты забрался, хранитель.

— В человеческом произношении моё имя звучит как Тэн. Чёрные Странники вынудили меня покинуть Эрис. Меня предупредили об их нежелательном появлении здесь, рядом с охраняемым мной объектом.

— Чёрные Странники? Ты имеешь в виду осаждающих?

— Да, их. У Чёрных Странников нет своей планеты. Они сами не знают, где их прародина. Несколько раз они пытались сформировать в системах собственное пристанище, но долго нигде задерживаться не могут. Поэтому их обещание исчезнуть, получив Безымянного, — блеф чистейшей воды. С помощью Безымянного они пройдут по всем космическим путям людей и опустошат все планеты.