Путин: Добродеева мне. Срочно… (взрывается) Везде ищите! Везде! В сортире найдете, я его и в сортире…

Пауза.

Понятно… Звони в "ВЕСТИ-24". В редакцию. Требуй главного и сразу же переключай на меня…

Пауза.

Здравствуйте. Представьтесь. Очень хорошо. (неожиданно фамильярно) Так вот, Эдуардовна. Я сейчас буду говорить, а ты будешь делать. Я говорю, ты – делаешь. Это понятно? Не слышу? Еще раз. Четче. Очень хорошо. Печатай, то что я тебе буду диктовать. Готова? Диктую. "Из администрации президента только что сообщили, что информация о представлении кандидатуры Собянина в Мосгордуму не соответствует действительности. Виновники имевшего места недоразумения будут найдены и жестоко наказаны". Точка… Перечитай, что получилось… Так. Хорошо. Только в конце надо "очень" добавить. (в холодном бешенстве) "Очень" – это слово такое, Эдуардовна. Русское. Должно быть не просто "жестоко наказаны", а "ОЧЕНЬ жестоко наказаны". Вставила?.. А теперь пулей к дикторскому столу! Чтобы я тебя в телевизоре видел. Потом вопросы. Делай, что говорят, (взвизгивает) проститутка!

Путин жадно смотрит на экран. В кадре на заднем плане постоянно снуют люди. В данный момент там сразу три женщины в разных местах. И все три разговаривают по телефону.

Уже там? Которая ты? Рукой помаши.

Одна из женщин в телевизоре нервно трясет пятерней.

Всё. Вижу. Иди к диктору. Да! Прям так и прись! Ну?!!

Женщина как зомби на негнущихся ногах подходит к дикторскому столу и тупо становится рядом с сидящим диктором.

Пни его суку!

Женщина неловко бьет ногой по дикторскому креслу. Диктор вздрагивает, и не верит своим глазам.

Бумагу ему суй! Суй, сказал!!!

Женщина тычет в лицо диктору уже изрядно измятый лист.

А теперь пшла вон. Вон, я сказал!!!

Женщина испуганно пятится, падает и пропадает из кадра. Из путинской трубки в этот момент доносится еле слышный женский вскрик.

Путин отключает телефон и пультом включает звук.

Диктор (ошарашено): …Сегодняшний день богат на неожиданности. Весьма… Мне только что принесли… На ваших, можно сказать, глазах… Я сам еще не читал…

Пробегает глазами текст. Тем временем Путин начинает набирать чей-то номер.

Ага… Тут вот что написано. (читает) "Из администрации президента…"

Путин нажимает последнюю цифру на телефоне и выключает звук телевизора.

Голос робота: Аппарат выключен или находится вне зоны действия сети.

Путин (еле слышно ругается): Гондурасы! Пребиотики!

Набирает другой номер.

Голос робота: Аппарат выключен или находится вне зоны действия сети.

Набирает третий номер.

Путин: Диму мне найди! В сортире! Срочно!.. (другим тоном) Где?

В этот момент на экране телевизора диктора сменяет прямой репортаж с заседания Госсовета. Крупный план Медведева – перед ним на столе лежит "Айфон" с темным экраном. Отключенный.

Из руки Путина падает бесполезная теперь трубка.

Занавес.

Холл зала заседаний Мосгордумы. В углу, как шмели, снуют телевизионщики и пишущие журналисты. В распахнутые двери время от времени заходят важные московские чиновники, депутаты и другие официальные лица. Появляется Сурков. В дверном проеме он останавливается.

Сурков (окликает): Олег! На два слова.

Из толпы журналистов выбирается Олег Кашин. Они обмениваются рукопожатиями, отходят в сторону и присаживаются на свободные кресла.

Ну как тебе антипод?

Кашин неопределенно пожимает плечами.

Кашин: Пока никак.

Сурков: Вот именно.

Пауза. Сурков молча разглядывает Олега, который, в свою очередь, взглядом опытного охотника провожает входящих.

Ждешь кого-то?

Кашин: Ну, это… Первые ж лица будут: Медведев, Путин…

Сурков: Путина не будет.

Кашин (ошарашено): Как?

Сурков (участливо): На Владимира Владимировича много работы навалилось. Аппарат правительства ж остался без руководителя. Документооборот, протокол, кадры, текущее управление – всё теперь не нём. Некогда тусоваться… Вот, вошли в положение. Решили не беспокоить. А что тебя смущает?