И поспешил домой, в надежде, что ещё успеет забежать к учителю.

— Так вот, этот монах так страстно мечтал стать бессмертным блаженным, что говорил: «Один день побыть бессмертным блаженным — и умереть!»

Гомерический гогот потряс стены старого трактира, в котором собрались приятели на традиционную вечеринку. Один из них как раз сейчас закончил рассказывать очередной бородатый анекдот. Хэшан сегодня сидел особняком от ребят, мало пил и был странно задумчив. Друзья конечно же сразу заметили непривычное для него состояние.

— Что с тобой, Хэшан? — обратился к нему наш знакомый фокусник с базара. Вообще, его звали Цюй, но прозвание Фокусник было для него и вторым именем, и профессией, так что настоящим именем его не называла даже бабушка.

— Ничего особенного, Фокусник. Не обращай на меня внимания, — произнёс юноша, продолжая смотреть перед собой отсутствующим взглядом.

Уж не заболел ли ты, часом, друг мой?

— Нет, — уже раздражённо бросил Хэшан, — что ты ко мне прицепился?

— Ну, теперь я вижу, что с тобой точно не всё в порядке, — рассмеялся Фокусник. — Кстати, а рассказать вам, как я однажды, проезжая через Фучжоу, заночевал в одном заброшенном доме, который пользовался дурной славой?

— Да! Конечно! Ври скорей! — поддержали собутыльники, в нетерпении ожидая очередную историю.

— Ну, я был не совсем трезв, не помню, как там оказался. Но я тогда ещё учился, и у меня с собой были письменные принадлежности — тушь, кисточки и бумага. Чтобы зря времени не терять, я решил позаниматься.

— Да, это тебе только в пьяную голову могло прийти, — решили сотоварищи.

— Ну а дальше я нашёл зал на первом этаже, где стоял стол, зажёг огарок свечи, пододвинул к столу табуретку и приготовился писать. И тут вдруг вбегает в комнату толстый такой здоровый чёрт со всклоченной на голове шерстью. Лицо чёрное, как у шахтёра. Вытаращил на меня глаза и смотрит. Ну, я не растерялся. Взял склянку с тушью, обмакнул в неё руки, быстро размазал всё это по лицу и с улыбкой уставился на чёрта. Он смутился, страшно покраснел и убежал.

— Ха-ха-ха, ты бы лучше рассказал, сколько дней потом смывал тушь с лица! — рассмеялся Хэшан.

— Неделю, — признал Фокусник. — Зато я тебя расшевелил, а то ты сидел как филин надутый или как мои лягушки, только молча.

Всем понравилась история.

— Понятно, конечно, что про чёрта ты загнул, но ведь у нас тоже есть такой дом за деревней на холме, вы все его знаете. Вот там, говорят, действительно водится нечистая сила, — сказал Ли, высокого роста парень с выпученными глазами, что было редкостью для чистокровного китайца.

— Ясное дело, что водится, ну и что с того? — спросил кто-то из ребят.

— Вот если бы нашёлся храбрец, что отважился бы там заночевать? Ну, кроме Фокусника, тот уже это испытание прошёл, — развил свою идею Ли.

Уже изрядно набравшиеся парни радостно приняли предложение развлечься. Но Хэшан не испытывал особого энтузиазма.

— А смысл? — проворчал он.

— Ну, я думаю, увидеть настоящего чёрта, это многого стоит, ради этого можно пойти на риск, — многозначительно заметил юноша, которого звали Шэн, он уже третий год поступал в Академию живописи в Пекине, но не доходил даже до сдачи документов — проваливался ещё на просмотре.

— Что, предлагаешь завалиться туда всей гурьбой? Может, ещё кувшины с вином туда прихватить? Демоны и призраки, которые встретят нас у входа, по достоинству это оценят, — вставил своё слово Хэшан.

— Да, с радостью выбегут навстречу с фанфарами и приветственными речами, — засмеялся Фокусник.

— Откуда такой сарказм, ребята? — ледяным тоном проговорил Ли, хозяин вечеринки. — Конечно же пойдёт один, кому выпадет жребий. Идти туда всей гурьбой и продолжить там пьянку — это можно, конечно, но в таких местах нужно ночевать одному, а то можно и спугнуть духов. Так ничего интересного и не увидишь за ночь.

— Не думаю, что они такие пугливые, — проворчал Хэшан себе под нос.

За столиком в углу трактира сидел старик с оторванным ухом. Так вот, целое его ухо было обращено в сторону наших ребят, жарко обсуждающих идею уик-энда с призраками. Он был завсегдатаем этого заведения, но о нём мало что было известно, хотя старик был довольно разговорчивым малым. Он сощурил глаз и проворчал себе под нос:

— Набиваются в гости, а вопрос, хочет ли хозяин видеть их у себя дома, этих уродов не интересует. К тому же собираются идти непременно ночью, я что, должен не спать, поджидая любезных гостенёчков? Ну что ж, пора топать домой, — вздохнул он, — как-то надо приготовиться к встрече — пусть незваные, но гости всё-таки. — И, ворча ещё что-то под нос, он расплатился за выпивку и потрюхал к выходу, бросив на ходу мальчику-прислужнику: — Чаевые я не даю. — Тот и сам знал это, но старику неизменно доставляло удовольствие повторять эту фразу каждый вечер.