— Надо бы, конечно, смотреть более внимательно, чем мне того хочется, — продолжил Дерек, — хорошо бы через увеличительное стекло, чтобы понять, как щупальца это делают, но, похоже, они выделяют из себя материал, который идет на заделку пробоины.

Молли заметила розовую жижу, сочившуюся с кончиков некоторых щупальцев.

— Вроде бы я вижу и микронити. Такое ощущение, что это чертово существо зашивает рану, как это делал бы хирург, — Дерек пожал плечами. — Наши знания приближают нас к нашему невежеству.

Несмотря на ужас и отвращение, Молли не могла оторвать глаз от ремонтирующего себя гриба… если, конечно, это название могло считаться правильным.

— Вы только представьте себе! — воскликнул Дерек. — Мир, заполненный отвратительными растениями, внешне недвижными… но внутри которых бурлит тайная жизнь.

Молли знала, что на далекой планете, откуда прибыл этот гриб, он был таким же естественным и неприметным, как одуванчик на земном поле. Здравый смысл не позволял ей приписывать этому грибу разумность, точно так же, как она не могла наделять сознанием морковку.

Тем не менее, судя только по вещественным уликам, которые предоставляли глаза, она чувствовала, что видит перед собой что-то очень злобное. На интуитивном уровне она знала, что гриб этот грезит насилием, как затаившийся паук мечтает о том, чтобы высосать соки из мухи, которая рано или поздно попадет в его паутину. Однако своей злобностью эта тварь могла дать пауку сто очков форы. На другом уровне, даже более глубоком, чем интуиция на уровне сердца, а не разума, может быть, даже веры, Молли знала, что эта жизненная форма, гриб или нет, растение, животное или нечто среднее, не просто ядовитое, но и смертельно опасное.

И когда эта отвратительная тварь закончила «зашивать» себя изнутри, когда серые щупальца исчезли, оставив после себя гладкую черную, с желтыми точками кожу, Молли пришла к окончательному выводу, что этому существу не место во вселенной, созданной Богом света, что оно принадлежит к другой вселенной, отличной от этой, где свет заменяет тьма, а жестокость божественного помысла находится за пределами понимания.

Сложив нож и убрав его в карман, Дерек повернулся к Молли.

— Ты все еще думаешь, что это экзотический гриб, который тебе не довелось видеть раньше?

— Нет, — признала она.

После того как Молли и Дерек вышли из чулана, Нейл бросил еще один взгляд на гриб и вышел следом, закрыв за собой дверь и тем самым погасив в чулане свет.

— Если мы сейчас пройдемся по Черному Озеру, то найдем этих тварей по всему городу, не так ли?

— Этих и еще бог знает каких, — ответил Дерек. — Быстрый терраформинг. Период роста уже начался. На улицах и в парках, во дворах и в переулках, на школьных площадках, в лесах, на дне озера… везде, везде мы найдем новый растущий мир, ботанические чудеса, которых мы никогда не видели раньше и не хотели бы увидеть.

Внезапно Молли вздрогнула.

— Воздух.

— Я все ждал, когда же ты об этом подумаешь, — усмехнулся Дерек.

Деревья, трава, огромные поля плавающих водорослей в океане: флора Земли, поглощающая из атмосферы углекислый газ. И, в качестве побочного продукта фотосинтеза, вырабатывающая кислород. Поддерживающий жизнь кислород.

А какой процесс, аналогичный фотосинтезу, но отличный от него, задействован инопланетной растительностью? Может, вместо кислорода она вырабатывает другой газ? Может, все происходит с точностью до наоборот: кислород поглощается, углекислый газ вырабатывается?

— Сколько пройдет дней, прежде чем мы заметим, что нам не хватает кислорода? — спросил Дерек. — И заметим ли мы? В конце концов, один из симптомов кислородного голодания — забытье. Сколько пройдет недель, прежде чем мы задохнемся, как выброшенная на берег рыба?

Эти вопросы парализовали разум и давили на сердце, и Молли подумала, что обладает даром предвидения, вспомнив, как раньше она решила, что Дерек Сотель — искушение отчаянием в образе человеческом.

Резкий сосновый запах, идущий от ароматических таблеток в писсуарах, вкупе с вонью мочи жег Молли ноздри и горло. Она старалась дышать ртом, чтобы отделаться от неприятных ощущений. Не помогало, и неожиданно для себя она задышала быстро и глубоко. Тут же поняла, что этим пытается подавить поднимающуюся в ней волну паники.

— Возможно, нам лучше надеяться на то, что задохнемся мы раньше, чем позже, — продолжал разглагольствовать Дерек, — до того, как на нас набросятся чудовища иного мира.

— Если новостям можно доверять, эти монстры уже в больших городах, — напомнил Нейл.

Дерек покачал головой.

— Под «чудовищами» я подразумеваю не самих пришельцев, а животных их мира, зверей, которые бродят по их полям и лесам, хищников, змей, насекомых. Я подозреваю, что некоторые из них будут куда более злобными и ужасными, чем могли представить себе фантасты, когда сочиняли свои самые жуткие истории.