— Спасибо, — ответил я, — но сначала хотелось бы посмотреть ваших раненых. Может, смогу чем-нибудь помочь им.

— Уж вы посмотрите, милорд маг, — затараторил Салым. — Все же родичи мои. Каждый как сын или брат мне. А я за все отблагодарю.

— Ладно, — махнул я рукой. — Пошли смотреть, а то помрут еще, не дай боги, пока мы тут с тобой говорим. — Тошнота уже почти прошла. Стараясь не смотреть в сторону мертвых, которых стаскивали в кучу, я прошел к одной из повозок, рядом с которой расположили раненых. Их оказалось всего пятеро. Двое уже были мертвы, а вот троим еще можно было помочь. Осмотрев каждого, я применил заклинание малого исцеления на каждого из них и велел какое-то время их не беспокоить. Раны должны были закрыться. Почувствовав невероятную усталость, я пошатнулся и почти упал, но был кем-то подхвачен. Запомнилось только, как меня несли на руках куда-то и уложили на что-то мягкое. В тепле сон быстро опутал меня своими сетями.

Разбудил меня ароматный запах готовящейся еды. Он дразнил ноздри, и от него в животе начало требовательно урчать.

«Надо бы подкрепиться, — пришла первая мысль. — Что-то я не рассчитал своих сил, надо быть аккуратнее в следующий раз».

Поднявшись, я выбрался из повозки, в которой лежал, и увидел, что караван построился на вечерний привал. В котелках весело булькало варево, разбудившее меня своим ароматом. Вокруг костра сидели воины и пассажиры каравана, бегали дети, разговаривали женщины. Увидев меня, все сразу притихли, а ко мне направился Салым.

— С пробуждением, ваша милость, — произнес он, слегка кланяясь мне. — Вы уж простите, что разбудили вас. Только ж вы проспали уже больше суток. Так что уж не серчайте.

«Оказывается, я спал больше суток. Странно», — подумал я, кивая в ответ на слова торговца.

— Ничего страшного, уважаемый Салым, — успокоил я его. — Просто проголодался, вот и проснулся.

— Вот и хорошо, — улыбнулся тот. — Сейчас и покушаете. Скоро уже похлебка будет готова. Вы проходите, присаживайтесь к огню.

— Благодарю вас, — произнес я, стараясь понять, куда подевался мой голем. Тот нашелся довольно быстро. Оказывается, он просто лежал рядом с повозкой, и поэтому я его не заметил. Проверив его состояние, убедился, что все в порядке.

Подождав примерно полчаса, я получил полную миску похлебки и принялся за еду. Обыкновенная каша с небольшим количеством вяленого мяса прекрасно утолила голод и добавила сил.

— Вы покушали, ваша милость? — обратился ко мне Салым.

— Уважаемый Салым, можете обращаться ко мне просто Дарк, — проговорил я. — Я ведь еще не маг, а только учусь.

— Хорошо. Тогда и вы ко мне обращайтесь просто Салым, — предложил он.

— Договорились, — согласился я.

— Я вот что хотел обсудить, мило… Дарк, — поправился он в конце. — Помните, что мы с вами обсуждали по поводу поездки до перевала?

— Конечно. Вы предлагаете обсудить условия.

— Да-да. Именно, — согласно заговорил Салым. — Я вот что предлагаю. До перевала ехать примерно декаду, за это время с меня еда и кров, а также теплая одежда, и сверху еще два серебряных империала. Ну как? По рукам?

Цена была занижена как минимум раз в десять. Немного подумав, я ответил:

— Все, что вы сказали, и десять серебряных империалов по прибытии на перевал.

— Да вы что, милорд? — запричитал он, но в его глазах блеснул огонек азарта. — Это же баснословные деньги. Откуда они у бедного купца? Нет. Три империала и теплый плащ из кожи крока, подбитый мехом.

— Но как же так, уважаемый Салым? — возмутился я. — Ведь, по сути, основной удар мне придется принимать на себя, а это, знаете ли, не так легко. Восемь серебряных империалов, и то лишь из уважения к вам.

— Да вы, милорд, меня по миру пустить хотите. Это же грабеж, — начал торговец заламывать руки. Такие фокусы на меня не действовали. После уговоров Кевиры и Илиниэль меня мало чем можно было пронять. — Пять серебряных империалов и место у костра для вашего зверя.

— Зверю места не надо. Он из снега сделан, так что как бы не растаял, — ответил я. — Шесть империалов — и ударим по рукам?

— Договорились, — произнес Салым и довольно улыбнулся. Сразу было видно, что этот человек занимается торговлей не только ради наживы, но и просто из любви к своему ремеслу. Ударив по рукам и таким образом подтвердив нашу сделку, я поинтересовался:

— А теплые вещи и плащ когда будут?

— Так жена моя перешивает его для тебя, — ответил он. — Уж больно мелкий ты, Дарк. Не сочти за оскорбление, конечно, — быстро поправился он.

— Все в порядке. Каким уж боги уродили, — ответил я.

— А если не секрет, сколько тебе лет? — спросил он.

— Девять будет в этом году.

— Как девять? — воскликнул он. — Да ты же еще ребенок совсем.

— Так уж получилось, — ответил я. — Не будем об этом.