– Центральный коммутатор, – раздался в трубке приятный женский голосок.

– Девушка, соедините, пожалуйста, с абонентом номер пять-четыре-ноль.

Идут гудки, и спустя полминуты я слышу бас своего начальника:

– Полковник Ерёменко.

– Здрав будь, командир, – приветствую его.

– Привет, Сашка.

– Ты меня искал?

– Да, дело есть. Как быстро ты ко мне подъехать сможешь?

– Через час буду у тебя.

– Давай так: встречаемся через полтора часа, и ты должен выглядеть как респектабельный гражданин Конфедерации, одет в хороший костюм, чисто выбрит и благоухать мужскими ароматами. Чтоб никаких там камуфляжей и горок. Как понял?

– Всё ясно, сделаю, как скажешь. Только что за суета?

– Подробности при встрече.

В трубке раздались гудки отбоя связи, а мне оставалось только хмыкнуть и направиться к джипу, который в последнее время стал моим основным транспортным средством. Попрощавшись с Филином, я покинул нашу базу и спустя пятьдесят три минуты был у себя дома. Принимаю душ и бреюсь. На всякий случай дополнительно чищу зубы, переодеваюсь в гражданский костюм, под пиджак – верный ТТ-33 в кобуре, и в назначенный полковником срок я нахожусь перед воротами его особняка. Хотел нажать на звонок, но не успел, так как мощные железные ворота открылись сами, и со двора выкатился такой же, как и у меня, автомобиль. За рулём сидел сам Ерёменко, что характерно, в парадной шинели и выбрит до синевы. Ни дать ни взять – идеальный офицер ГБ, хоть сейчас на пропагандистский плакат его срисовывай.

– Запрыгивай, – кивает он на сиденье рядом с собой.

Меня упрашивать не надо, я расположился на удобном кожаном сиденье, плотней запахнул пальто, всё же осень, хотя и южная, а холодным дождём столицу уже частенько поливает, да и ветерок от реки свежий.

– Чего на машину верх не натянешь, Иваныч? – задаю я полковнику вопрос.

– Чёрт его знает! – Машина выруливает на набережную и поворачивает налево, в сторону парка Победы. – Нет привычки с крытым верхом кататься. Всё время нападения ожидаю, никуда не тороплюсь, и если что, готов на ходу выпрыгнуть и бой принять.

– Понятно.

– Как у тебя дела? – спрашивает Ерёменко.

– Неплохо, отряд укомплектован, тренировки идут, а на чайных плантациях по весне ожидается первый урожай.

– Откуда урожай, ведь саженцев и семян всего ничего удалось добыть? – удивляется он.

– Дичка выручила, её со старых времён много уцелело, так что как только смонтируют пресс и будут готовы сушильные корпуса, так сразу работа и пойдёт. Поначалу ничего хорошего не ожидается, третий сорт, но и то, что удастся собрать, доход принесёт вполне приличный и окупит первоначальные затраты на рабочих, механизмы и стройматериалы.

– Помощь нужна?

– Нет, сам справляюсь, да и парни мои не зевают. Ветер на чайной плантации. Разлука с караванщиками в Ростове. А Калуга в Гвардейском денежки считает и вместе с Филином за отрядом присматривает. – Оглядываю улицу, по которой едет джип полковника, и спрашиваю: – Иваныч, а мы, собственно, куда направляемся?

– К Симаковым в гости, – ухмыляется он.

– Нехило. А зачем?

– Нас Илья вызвал. Будет тебе первую боевую задачу нарезать.

– А Астахов?

– Отряд Астахова уже третий день в работе.

– Нормально, а я про это и знать ничего не знаю.

– Иногда лучше чего-то не знать, Саня. Так и на душе спокойней, и для здоровья очень хорошо.

– Командир, а то, что мы вот так, едем напрямую приказ получать, это ничего? А как же секретность?

Полковник снова ухмыльнулся:

– Секретность и тайна – это для рядовых граждан и тех, кто в силу законов верит, а кому надо, тот уже всё знает. Твои воины леса вокруг своей базы обходят?

– Да, конечно.

– Ничего странного не находили?

– Нет.

– Значит, разведчики и наблюдатели ГБ работают хорошо и следов за собой не оставляют.

– И как давно нас пасут?

– Вторую неделю, а работают люди из личной группы Терехова.

– Наверное, генерал злится, что появилась новая служба, которая его контору дублирует?

– Как ни странно, нет. Не сказать, что он доволен созданием нашего отдела и ротами неподконтрольных ему бойцов, однако всё понимает правильно. Присматривать за нами будет, чтобы не зарывались, но и палки в колёса обещал не вставлять. Представляешь, мы с ним пообщались, и он сказал, что стареет и видит меня своим преемником. Как думаешь, он был искренен?

– Кто его знает? Терехов – интриган старый и такой актёр, что, когда ему это потребуется, может даже и прослезиться.

– Вот и мне так кажется, что лицемерит глава госбезопасности.

Джип свернул с набережной Кубани направо, и мы подъехали к блокпосту и КПП, которые преграждали дорогу на большой полуостров, глубоко вдающийся в реку. Это первая линия охраны диктатора. Раньше здесь находился парк имени 30-летия Победы, военный музей, турбаза и гостиница. Сейчас на месте всего былого благополучия, от которого после мародёров ничего не осталось, разбит новый парк, а в самом его центре построен настоящий замок, в котором Симаков-старший и проживает. Разумеется, обитает он здесь не один, а со всеми своими домочадцами и самыми верными слугами, привезёнными из Приморо-Азовского района. И в общем, как люди говорят, вокруг самое настоящее средневековье, только с минными полями, пушками, миномётами и пулемётами.