– Командир, что-то не так? – Я оглядел его кабинет, присел за стол и посмотрел на полковника.

– Ты что в Новороссийске учинил?

– Ничего.

– Как это ничего, когда чего, и дошло до того, что на тебя накат со стороны МВД пошёл.

– Да в чём, собственно, проблема? Я выкупил у своего родственника Николая Николаевича Бурова пять грузовиков-десятитонников и восемь легковых автомобилей типа джип и выгрузил их в порту Новороссийска. Тут приказчики Крапивиных, как черти из табакерки, появились и потребовали половину автотранспортных средств продать им, причём по весьма заниженной стоимости. В общем, я их послал. И мне было сказано, что пределы города я не покину, по крайней мере, живым точно. Нет, я всё понимаю, герой Конфедерации генерал-лейтенант Крапивин из местного клана, им все гордятся и шибко уважают, но и совесть надо иметь и понимать, на кого бочку катить. Был бы я сам по себе, понятно, но справки о том, кто есть Саша Мечников, можно навести в любой серьёзной конторе, и если не уважают меня, то и на тебя, командир, плюют с высокой горы. Ладно бы там кто-то лично из крапивинского клана присутствовал, а то ведь щеглы натуральные и прут буром.

– Ну, это понятно, – полковник всё же улыбнулся, – а дальше что было?

– К порту подъехали крепкие дяди, человек десять, и те же приказчики. На территорию эту ораву гвардейцы из Третьей бригады не пустили, и они решили меня на выезде подождать. Всё бы ничего, но тут мои парни вместе с наёмными водителями подкатили, которые должны были машины на Краснодар отогнать.

– И крапивинские получили по голове?

– Точно так, командир! Но ничего фатального не было и до смертоубийства не дошло. Только лёгкое мордобитие без выстрелов в воздух и диких криков. После чего наша автоколонна отправилась в столицу, а я снова погрузился на вверенный мне морской буксир «Сокол» и отправился сопровождать армию Кары до Таганрога. Обратно возвращался через Ейск, поскольку, сам понимаешь, в Новороссийске мне в ближайшее время лучше не мелькать.

– Правильно поступил, а то приказчики перед своими старшими ситуацию так раскрутили, что ты первый на них напал и весь клан Крапивиных матом при людях покрывал.

– Не было такого, и весь разбор я в стороне стоял, наблюдал за тренировкой своих людей на пленэре.

– Это понятно, что не было. Ты лучше подумай, что бы ты делал, если бы твои бойцы вовремя не подкатили?

– Да всё просто, там ведь свои братки, гвардейцы, базируются, так что всё равно раскидали бы эту ораву, тем более что морпехи мне сами помощь предлагали. Но я решил, что парням лишний геморрой не нужен, и мы всё сами решили. Кстати, там с МВД что-то действительно серьёзное?

– Ничего страшного, к вечеру утрясём без последствий. За сколько машины у Бурова взял?

– За грузовики отдал три тысячи золотом, а за легковушки – две с половиной.

– Не дороговато?

– В самый раз, и, если их сейчас в столице на продажу выставить, в полтора раза больше возьму, но они мне самому нужны. В дальний поход с ними не пойдёшь, понятно, но до Шахт или Невинномысска пройдут, опять же и на Сочи дорогу более-менее отладили, а у меня там чайные плантации.

Полковник усмехнулся и сказал:

– Один джип мне отдашь, буду как важный чин на работу кататься, мне по статусу положено.

– Вот, – изобразил я опечаленное лицо, – и здесь рэкет. Нет правового государства и, видимо, не будет. Белые придуть – грабють, а красные придуть – снова грабють. Куды крестьянину податься?

– Не знал бы тебя, так и поверил бы. – Настроение Ерёменко заметно улучшилось. – Что хоть за машины, как выглядят эти буровские джипы?

– Сам-то я не спец по технике, а водилы говорят, что за основу взяты самые разные внедорожники, и из них сделано что-то вроде американских «виллисов» времён Второй мировой войны. Поверху можно натянуть брезентовый полог, а при нужде выставляются сварные стойки, и на них уже есть турель под пулемёт, так что ПКМ на любую машину можно хоть сегодня ставить.

– Какие у тебя планы на ближайшее время?

– Если никаких приказов нет, то проинспектирую своё чайное хозяйство и буду производить набор личного состава в отряд. Кроме того, надо определиться, куда посылать другие караваны.

– Сколько у тебя сейчас людей?

– Семнадцать воинов и на подходе ещё пятеро.

– Мало. Идеи есть, где людей взять?

– Да, хочу к казачьим атаманам подкатить. Общин казачьих у нас немного осталось, но кто есть – самые крепкие. Люди там подготовленные, и многие в гвардейских частях службу проходили. Я письма отставникам нашим писал, но ответ всегда один – запрет атаманов, которые своих парней хотят при себе держать.

– Это да, они людей стараются не распылять, – согласился Ерёменко, – хотя диктатор им очень заманчивые предложения делал. Однако, если с казаками не сладится, ищи другие варианты.

– Так запросто, идей в голове много. В первую очередь – это полунезависимые пограничные анклавы. В тех местах наёмников хватает, всех этих повольников, бродяжников, вольных стрелков, рейнджеров, извергов, абреков и прочих «серых гусей». Если проехаться по окраинам нашего государства, таких можно набрать не одну сотню. Народ там разный, что есть, то есть. Но выбрать достойных бойцов можно. Основа отряда у меня имеется, это наши гвардейцы, а остальных можно в каких-то разовых операциях использовать – одна-две акции – и все случайные люди отсеются. Кроме того, можно в тот же Ростов смотаться или в Пятигорское княжество – и там и там сейчас пока тихо, а местные дружинники бездействуют и сидят на половинном окладе, на который не разгуляешься.

– Нормальные идеи, Мечник, работай. Просьбы есть?

– Да, я в Гвардейском склады хочу организовать. А на их основе постоянную базу для своего отряда сделать. Треть воинов всегда будет находиться там и постоянно тренироваться, треть – в дороге, и ещё треть – на отдыхе.

– Так и в чём дело? В Гвардейском тебе Филин поможет.

– Это понятно, что Егор помощь окажет. Однако проблема в другом. В оружии для отряда. По законам Конфедерации на территории государства мы можем быть вооружены только лёгкими стрелковыми образцами, без пулеметов и минометов, а нам без них никак. И если по сути, то необходимо от ГБ серьёзную бумагу сделать, что компания «Мечников и сын» имеет право хранить и использовать в тренировочных целях расширенный список вооружения и боеприпасов.