Второй отчет поступил недели через две. Его прислал торговый агент компании «Фелдинг-Рот» после беседы с врачом в Саутфилде, штат Мичиган. Он тщательно изложил все, что ему удалось узнать.

Информация о побочных свойствах препаратов, включая их вредное воздействие на организм, поступала в фармацевтические компании из нескольких источников. Иногда непосредственно от врачей. В некоторых больницах это было установившейся практикой. Сведения поступали и от ответственных фармацевтов, а иногда и от самих пациентов. Кроме того, агентам по рекламе и сбыту во многих компаниях вменялось в обязанность сообщать любые, даже самые незначительные факты о распространяемой ими продукции.

Таким образом, все компании накапливали материалы о побочных свойствах выпускаемых ими лекарственных препаратов. Материалы эти ежеквартально передавались в ФДА. Так предписывали существующие правила.

Закон также требовал, чтобы в случае серьезных осложнений, в особенности когда дело касалось нового препарата, сведения в ФДА передавались незамедлительно, с пометкой «срочно», не позднее чем через две недели после их поступления в компанию. Это правило действовало независимо от того, какого мнения придерживаются в самой компании — считают ли, что дело в самом препарате или в чем-либо ином.

В сообщении коммивояжера из Саутфилда — Лорд перечитал его заново — говорилось, что больной, принимавший гексин в сочетании с другим препаратом для лечения артрита, умер в результате обширной инфекции печени. Вскрытие подтвердило этот диагноз. И вновь Лорд пришел к выводу, что гексин не может иметь к этому никакого отношения, и положил это сообщение в ту же папку, что и первое.

Через месяц поступили две одновременные информации из разных источников. Сообщалось о смерти двух больных — мужчины и женщины. И в том, и в другом случае гексин принимался в сочетании с другим препаратом. У больной (это была женщина пожилого возраста) в результате бытовой травмы — глубокого пореза ноги — возникла обширная бактериальная инфекция. Ступню пришлось ампутировать, но инфекция быстро распространялась. Мужчина — человек вообще нездоровый — скончался от обширной инфекции мозга.

Реакцией Лорда было раздражение. С какой стати проклятые болезни этих людей, от которых они могли в любую минуту умереть, связываются с гексином? Ведь и так очевидно, что ни в том, ни в другом случае он совершенно ни при чем. И все-таки поступление подобных сообщений настораживало, вызывало тревогу.

На этот раз Лорд с беспокойством подумал, что нарушил предписание федерального законодательства, не сообщив незамедлительно о предыдущих случаях в ФДА. Теперь же положение становилось уже безвыходным.

Отослав в ФДА эти последние сообщения, он вынужден будет предать гласности и те, что поступили раньше. Однако пятнадцатидневный срок для подачи подобных сведений давно истек, и он сам, и компания «Фелдинг-Рот» окажутся виновными в нарушении закона. Последствия могут быть самые непредсказуемые. Лорд невольно подумал о том, что доктор Гидеон Мейс, наверное, только и ждет случая, чтобы воспользоваться такой возможностью.

Оба последних сообщения Лорд спрятал в папку, где лежали другие подобные документы. Как бы там ни было, напомнил он себе, только ему одному известно общее число этих случаев. Отчеты поступают из разных мест, и никто из тех, кто их присылает, не подозревает о существовании других.

К тому времени, когда позвонил Александр Стоу, чтобы сообщить о решении своей компании прервать контракт на гексин, у Лорда скопилось уже двенадцать подобных сообщений, и он пребывал в постоянном страхе. А когда он узнал, что Стоу каким-то образом прослышал о четырех случаях с летальным исходом из тех, что связывались с гексином, он пришел в полное отчаяние.

Сведения, которые Лорд почерпнул из разговора со Стоу, доводили количество известных смертельных случаев уже до четырнадцати.

Сообщение о пятнадцатом случае поступило в тот день, когда Стоу позвонил Селии. Теперь, несмотря на все его внутреннее сопротивление, Лорд как ученый был вынужден взглянуть правде в глаза. У него начала зарождаться мысль о том, что именно гексин являлся причиной большинства, а может быть, и всех этих смертей.

Несколько месяцев назад, во время совещания по вопросам планирования коммерческой политики компании в кабинете Селии, его сообщение о гексине было встречено аплодисментами. Тогда он сказал: «Гексин прерывает процесс возникновения в организме свободных радикалов. В результате лейкоциты — белые кровяные тельца — перестают поступать в очаг болезни. Итог: никакого воспаления. Боль исчезает». Все это было верно.

Теперь, после анализа фактов и спешно проведенных дополнительных экспериментов, становилось ясно и другое: подавление лейкоцитов вело к ослаблению организма, к его повышенной уязвимости. При обычных условиях лейкоциты, поступая в очаг болезни, выполняли защитную функцию. Но при их отсутствии в результате подавления свободных радикалов бактерии и прочие микроорганизмы оказывались в благоприятных условиях, что вело к вспышкам различных инфекций. И в конечном итоге — к гибели больного.

Винсент Лорд теперь не сомневался, что именно гексин стал причиной гибели по крайней мере десяти, если не больше, больных.