Затем он сел на место кучера и карета тронулась. Таинственная женщина осталась стоять посередине дороги.

Путь в Creazione по подсчётам Лукреции должен был занять часа четыре, не меньше, но достаточно скоро дверь кареты отворилась, перед ней стоял улыбающийся граф ди Неро.

– Дорогая Лукреция! Как твоё самочувствие? – участливо поинтересовался он.

– Благодарю вас, граф, вполне сносно, – ответила мадонна и протянула руку.

Он помог ей выйти из кареты.

– Но скажите, ваша светлость, отчего такая спешка? – спросила Лукреция, очутившись рядом с ди Неро.

– Оттого, моя соблазнительная, что тебе пора рожать.

– Вот как! – Лукреция удивилась. – Странно, а почему здесь?

– Я помогу тебе избавиться от ребёнка, – объяснил граф. Я заберу девочку себе.

Лукреция внимательно посмотрела на Асмодео: она и забыла кто перед ней!

– Мне тоже казалось, что ношу девочку, – вымолвила она.

– Идём, всё готово. Мы должны поторопиться.

Лукреция повиновалась, ничего не сказав.

Она очутилась в просторной комнате, посередине которой стоял узкий длинный стол, накрытый чёрной тканью. К ней подошли две женщины, очень похожие на ту, которая вывела её из Сан-Систо.

Женщины раздели Лукрецию, облачили в чёрный балахон и велели лечь на стол. Она повиновалась.

Одна из женщин приказала:

– Раздвинь ноги и согни в коленях.

Затем вторая появилась с книгой в руках, открыла её и начала читать. Лукреция, прекрасно владевшая испанским, французским, немецким и латынью не поняла ни слова. Через некоторое время она почувствовала схватки и слегка застонала.

Неожиданно загорелись факелы, образуя вокруг стола и женщин замкнутый круг. Схватки усилились. Чрево Лукреции раздирала адская боль. Она кричала всё громче и громче, наконец, не выдержав, она взмолилась:

– Не могу! Меня разорвёт на части! Помогите мне!

К ней подошла женщина и внимательно посмотрела между ног и ощупала низ живота.

– Девочка лежит неправильно, она и мать могут погибнуть, – констатировала она графу ди Неро, постоянно находящемуся в помещении, не вмешиваясь в происходящий процесс.

– Я умру? – в отчаянии прокричала Лукреция. – Я не хочу умирать! Ди Неро, вы всё можете! Помогите мне! – Взмолилась она из последних сил.

Асмодео покинул покои. Лукреция уже находилась в забытьи, потеряв счёт времени. Сквозь пелену она услышала голос Асмодео:

– Встань!

Лукреция открыла глаза, ощутив прилив сил: перед ней стояла Каберия.

Мадонна недоумевала:

– Зачем здесь моя компаньонка? Чем она мне сможет помочь?

– Она девственница и это обстоятельство поможет тебе разродиться, – сказала одна из женщин.

Лукреция, находящаяся в изнеможении, не стала задавать лишних вопросов. К ней подошёл ди Неро и вложил в руку стилет с тонким длинным лезвием, на нём играли отблески огня.

– Сделай тоже, что и с Сильвией. Тогда ты выживешь, – сказал граф.

Лукреция растерялась: значит, она убила Сильвию, и это был не сон!

– Иначе нельзя? – она умоляюще посмотрела на графа.

– Нет. Приступай.

Каберия не была связана, но не могла ни закричать, ни пошевелиться, она смотрела на Лукрецию глазами полными ужаса и мольбы.

Мадонна, не раздумывая, подошла к компаньонке:

– Прости меня, девочка.

После этих слов она вонзила стилет прямо в сердце несчастной жертве, которая не упала после удара. О том, что жизнь покинула Каберию, можно было понять лишь по остановившимся глазам.

– Похвально, похвально… Это поступок истиной дочери, – промурлыкал довольный ди Неро, тут же подойдя к Каберии, вынул стилет и подставил золотой кубок, который тот час же наполнился тёплой кровью жертвы. – Выпей, – он протянул кубок Лукреции.

Мадонна послушно сделала глоток.

– Больше! Ещё! – приказал граф.

Она припала к кубку и, превозмогая отвращение, осушила его до дна.

После этого начались схватки. Женщины помогли Лукреции вновь лечь на стол, и она тут же благополучно разрешилась девочкой.

Лукреция открыла глаза: она лежала на своей постели в кельи монастыря Сан-Систо. За окном забрезжил апрельский рассвет. Голова кружилась, мадонна приподнялась, опершись на руку, и позвала:

– Каберия!

Девушка, спавшая на кресле, свернувшись калачиком, не ответила.

– Каберия! – вновь позвала Лукреция. – Негодница, спит, хоть бы что! – возмутилась она.

Мадонна встала, голова кружилась, слегка тошнило. Она нащупала ногами тёплые меховые туфли и опустила в них ступни.