Как ни старался Бергер свалять валенка, Шурик, видимо, учуял что-то неладное. А может, ему просто не нравилось оправдываться. Насупился, принялся ковырять носком землю:

– Ну, где ваш друг?

– Извините, – покаянно понурился Бергер. – Что-то задерживается. Он аж с Автозавода едет.

– Далеко, что и говорить, – буркнул Шурик. – Мог бы найти себе консультанта и поближе. Ну, охота пуще неволи… А это не он ли?

Из-за поворота аллеи вывернулась согбенная фигура в длинном плаще с капюшоном и с палочкой. Фигура брела медленно-медленно, словно это была дряхлая старуха, а может, инвалид, еле передвигающий ноги. Своей палочкой человек разворашивал опавшие сбоку от тропинки листья. Видимо, что-то искал.

– Нет, это грибник какой-то, – равнодушно глянул Бергер.

– Какие нынче грибы? – удивился Шурик. – Октябрь, да и дожди… Одна гниль небось.

Лицо у него было равнодушное.

Один только Финт вдруг ощутил к грибнику неистовый интерес. Радостно тявкнув, отчего-то кинулся к нему, да так радостно, что едва не сбил с ног.

Грибник, похоже, испугался. Он выронил палку и стал по стойке «смирно», внимательно разглядывая радостно скачущего вокруг пса.

– Финт, фу! – прикрикнул Шурик, однако пес не унимался и продолжал выражать непонятный восторг.

– Финт, холера! – Шурик ринулся вперед. Полуобернулся к Бергеру: – Хороший из меня будет консультант для вашего друга! С собственным псом справиться не могу! Фу, сукин ты сын!

Поскольку для собаки это выражение не оскорбление, а всего лишь констатация факта, Финт не обратил на него никакого внимания. Более того – воспринял его как поощрение! Схватился зубами за полу плаща грибника и принялся его трепать из стороны в сторону, радостно повизгивая.

– Зараза! – взревел Шурик, хватая пса за ошейник и оттаскивая прочь.

Незастегнутый плащ соскользнул с плеч грибника, и тот остался в свитере и джинсах.

Это была вовсе никакая не старуха и даже не инвалид. Обыкновенный парень лет двадцати пяти – среднего роста, худой, черноволосый, с черными напряженными глазами на очень бледном лице.

При виде его Шурик отпрянул назад – и замер, согнувшись, машинально удерживая Финта.

– Привет, – хрипло, словно с трудом справляясь с голосом, выговорил парень. – Как дела, как здоровье? Припадки больше не бьют?

– Ка… какие при?.. – слабо выдохнул Шурик, а больше ничего сказать не мог.

Парень перевел глаза на Бергера, но тоже ничего не сказал, только кивнул.

Бергер вздохнул с облегчением. Он был уверен в успехе эксперимента.

– Вы с Малютиным именно этого человека хотели найти, да, Александр Васильевич? – вежливо спросил Бергер. – Вот он, пожалуйста. Кирилл Владимирович Туманов. Я свое дело сделал!

– Понять не могу, как я тебя там, в аэропорту, сразу не узнал, – наконец-то смог заговорить Кирилл, с ненавистью глядя на Шурика. – Ну да, видел в парке, в темноте, ночью, ты в куртке был, а там, в аэропорту, – в джинсе. Потому и не опознал тебя! А тут увидел твоего бульдога – и как будто пронзило меня что-то! Да ведь это же мой знакомый «толкач»! Ты там, в аэропорту, меня нарочно толкал, да? Чтобы проверить, отреагирую я на тебя или нет? Но ведь уже ясно было, что я тебя не узнал, – зачем же вы весь этот цирк устроили? Всю эту потеху с мобильником и всем прочим? А главное, зачем потом подослали этого бешеного мента? За что?!

Он осекся, отвернулся.

– Мы никого не подсылали! – закричал Шурик что было силы – и осекся, обеими руками зажал себе рот. Освобожденный Финт радостно пустился прочь по дорожке.

«Да, – подумал Бергер, поглядев ему вслед. – Ну и дурак же ты, братец! Плохой пример подал бы мифическому псу моего мифического друга. У хозяина проблемы, а ты, вместо того чтобы его защищать, понесся, задрав свой куцый хвост, в поисках радостей жизни! А впрочем, что толку винить пса? Вылитый хозяин! Слабак!»

Сказать по правде, он и не ожидал, что Шурик выдаст себя так быстро. Все-таки, чтобы разыграть тот спектакль с эпилептическим припадком, необходимо известное присутствие духа и определенный актерский талант. Но, быть может, все эти способности у Шурика пробуждались только в присутствии Малютина, который и вел первую скрипку в этом дуэте?

Если так… если так, надо Шурика дожимать как можно скорей. Пока нет рядом Малютина. Пока он мягкий, будто только что испеченный хлебушек! В таком состоянии слабого человека можно взять на пушку, на арапа, голыми руками! Главное – переть напролом. И помнить, что время идет…

– Подождите, Кирилл, – быстро сказал Бергер. – Успокойтесь. А вы, Александр Васильевич, усвойте вот что. Первое подозрение у меня зародилось, когда вы промолчали об эпилептическом припадке, который с вами случился. Я об этом уже знал от Кирилла, поэтому…

– Как – знали? – пролепетал Шурик. – Так вы что, уже знали, где он, когда мы вас просили его искать?!

– Ну конечно, знал, – признался Бергер. – В аэропорт я приехал, чтобы разобраться, за что вы его так наказали и зачем устроили все это дурацкое представление с эпилепсией. Кстати, я подключил свои связи и узнал, что у вас никогда в жизни эпилептических припадков не было, вы редкостно здоровый человек. А черная немочь, чтоб вы знали, с неба не падает, это все-таки не Тунгусский метеорит!