— Уверена. Когда все будет сделано. — Зарывшись в новую кучу бумаг, Аманда дважды чихнула. — Здесь самые грязные материалы, которые я когда-либо видела.

Кики пожала плечами.

— Все испачкалось за долгие годы.

— Нет, я имею в виду, действительно грязные. Это шуточное стихотворение, написанное двоюродным дедушкой Шоном. «Молодая леди из штата Мэн, большие груди которой доводили аборигенов до безумия. Они…». Не берем в голову, — решила Аманда. — Заведем папку «Первые попытки порнографии».

Когда Кики никак не отреагировала, Аманда оглянулась и увидела, что она все так же смотрит на солнечный луч.

— Ты в порядке, солнышко?

— Что? О, да. Все хорошо.

— Похоже, ты не очень хорошо спала.

Кики пожала плечами, потом снова занялась бумагами.

— Думаю, s'eance повлиял на меня.

— Неудивительно. — Аманда сморщила губы, пока сортировала еще одну пачку квитанций. — Я никогда не верила в такие штуки. Башня Бьянки — это одно. Полагаю, мы все чувствовали что-то… ну, в общем… что-то такое там. Но я всегда думала, что это от знания, что Бьянка выбросилась из окна. Но вчера вечером… — ее пронзила дрожь, и она потерла замерзшие руки. — Я знаю, ты действительно что-то увидела, действительно что-то ощущала.

— Я уверена, ожерелье существует, — ответила Кики.

— Согласна… и еще больше поверю, когда буду держать квитанцию в руке.

— Было и есть. Не думаю, что увидела бы его, если бы его продали или выбросили в море. Возможно, это звучит безумно, но я знаю, Бьянка хочет, чтобы мы нашли его.

— Это на самом деле звучит безумно. — Вздохнув, Аманда откинулась на скрипящем стуле. — Очевидно, я тоже свихнулась, потому что думаю так же. Остается только надеяться, что никто в гостинице не узнает, что я провожу свободное время, разыскивая захороненное сокровище, потому что моя давно почившая прабабушка рассказала нам о нем. О!

— Ты что-то нашла? — Кики уже поднималась на ноги.

— Нет, нет, это просто старый журнал для записей. 1912 год. Чернила немного выцвели, но почерк прекрасный, определенно женский. Должно быть, Бьянки. Посмотри. «Послать приглашения». А вот справа — список гостей. Ого, какая-то вечеринка. Важная. — Аманда сняла очки и закусила дужку. — Держу пари, они были в Примайс-Холле… одном из домов, которые сгорели в 1947.

— «Поговорить с садовником о розах», — прочитала Кики через плечо сестры. — «Заключительная примерка золотистого бального платья. В 15:00 встреча с Кристианом». Кристиан? — Она положила напряженную руку на плечо Аманды. — Возможно, ее художник?

— Твое предположение сходится с моим. — Аманда торопливо надвинула очки на переносицу. — Но посмотри сюда. «Укрепить застежку на изумрудах». Возможно, именно на тех.

— Это должны быть они.

— Но мы все еще не нашли никаких квитанций. — Кики бросила утомленный взгляд на бумаги, рассыпанные по комнате. — Насколько велики наши возможности?

Даже организационные навыки Аманды дрогнули.

— Ладно, они возрастают с каждой разобранной коробкой.

— Мэнди, — Кики присела около нее на пол. — Время истекает, правда?

— Мы здесь всего лишь несколько часов.

— Я не это имею в виду. — Она прижалась щекой к бедру Аманды. — Ты же знаешь, что не это. Даже если мы найдем квитанцию, то по-прежнему должны будем разыскать ожерелье. Могут потребоваться годы. У нас их нет. И мы окажемся перед необходимостью продать дом, не так ли?

— Поговорим об этом завтра вечером на семейном совете. — Она обеспокоенно погладила волосы Кики. — Послушай, почему бы тебе не пойти и не вздремнуть? Ты и вправду выглядишь разбитой.

— Нет. — Кики поднялась и зашагала по бумагам к окну. — Лучше я займу каким-нибудь делом голову и руки. Иначе могу задушить кого-то.

— Например, Трента?

— Превосходная мысль для начала. Нет. — Вздохнув, она засунула руки в карманы. — Нет, вся эта кутерьма на самом деле не его вина.

— Мы все еще говорим о доме?

— Не знаю.

Чувствуя себя совершенно несчастной, Кики снова опустилась на пол. По крайней мере, она должна быть благодарна, что выплакала все слезы прошедшей ночью.

— Я решила, что все мужчины глупые, эгоистичные и совершенно бесполезные существа.

— Ты влюбилась.

Кривая улыбка изогнула губы Кики.

— В точку. И, отвечая на твой следующий вопрос, скажу — нет, он меня не любит. Он не интересуется ни мной, ни будущим, ни семьей и очень сожалеет, что не вполне ясно дал мне все это понять, прежде чем я совершила ошибку и пала к его ногам.

— Мне очень жаль, Кики. — Сняв очки, Аманда встала, пересекла комнату и села на пол рядом с сестрой. — Я понимаю, что это больно, но ты знакома с ним всего несколько дней. Безумное увлечение…