— Отто, — ответила я устало, — кто бы ни был там, за стеной, он вряд ли нам обрадуется. Во-первых, все следы Ирги ведут туда. Во-вторых, если кто-то организовал себе тайное убежище в лесу, то это неспроста. В-третьих, почему это убежище или работу магов не заметили лесники? В-четвертых, ты сам сказал, что эльфы жалуются на атаки нежити. Я считаю необходимым обратиться за помощью.

— Чтобы эта помощь наши косточки собрала и под кустом закопала? — спросил Отто.

— Хотя бы. Не хочу валяться в лесу в разобранном виде.

— Похвальное желание. Ну а взломать барьер ты сможешь?

— Да. — Я уверенно кивнула. — Уже почти закончила чертеж. Только мне понадобится твоя помощь.

— Конечно, командуй.

Только когда начало темнеть, мы с Отто закончили чертить энергетические линии возле барьера. Я постаралась предусмотреть все, составила невероятно сложное для меня заклинание и чертеж, которым мог бы гордиться сам Беф.

— Я листочки с твоими разработками спрячу, — деловито сворачивая бумагу и засовывая ее себе в карман, сказал Отто. — Если выживем, защитишь по ним диссертацию.

— А если нет? — пессимистично поинтересовалась я.

— Будет подарок тому, кто найдет мой хладный труп. Надеюсь, это будет маг, и разработки пойдут на дело, а не под кусты.

Наша маленькая армия собралась в центре чертежа и молча слушала мои указания.

— Молчите и не двигайтесь, — приказала я. — Когда я закончу читать заклинание, в барьере должен открыться проем, по моей команде идете туда. Невидимость по идее распространится на несколько шагов от барьера, поэтому не спешите. Проход будет виден только нам, так что надо будет приметить место, чтобы в случае бегства не терять направление.

Ребята кивнули. Отто и Трохим были спокойны, Живко, которому магические штучки были в новинку, был слегка бледен, но больше ничем не выдавал своего волнения. Его псы, жалобно поскуливая, прижимались к его ногам. Варсоня оставался с лошадьми и готовился к поспешному бегству в случае чего.

Я опустилась на колени и вознесла горячую молитву Госпоже Удаче. Потом, поразмыслив, не менее горячо помолилась Ёшкиному коту. Потом серебряной указкой прочертила последнюю линию и уверенно прочитала заклинание.

Барьер дрогнул, подернулся дымкой, и на нем четко обозначилась кривоватая арка.

— А я думал, ты линии ровные чертишь, — удивился полугном.

— Линии — ровные, но арку я не особенно старалась вычерчивать. Или тебе эстетическое чувство не позволяет в нее лезть?

— Тихо! — рявкнул Трохим. — Всем на землю!

На вражескую территорию боевой маг заставил нас пробираться ползком.

— Ненавижу, — пыхтел за моей спиной Отто. — Вся борода будет в пыли.

— Я бы на твоем месте волновался о том, чтобы после этого приключения сохранилось то, на чем борода растет, — отозвался Живко.

— У нас все получится, — почти умоляюще сказала я. — Мы спасем Иргу и останемся целыми и невредимыми.

— И получим премию за геройство и пару медалей, — радостно подхватил Трохим и присвистнул: — Вот это да!

Мы, толкаясь, разместились в кустах, огляделись и потрясенно замерли. Перед нами была большая усадьба. По двору деловито сновала челядь, за домом ржали кони, откуда-то доносился запах жареного мяса.

— О! — простонала я. — Знакомой магией запахло.

— Это колбасу домашнюю жарят, — поправил Отто.

— Я не про то. Тут используют черную магию, с которой я сталкивалась недавно в Софипиле.

— Премия нам обеспечена, — обрадовался Трохим. — Можно ползти обратно и ждать барона с подкреплением.

— А как же Ирга? — спросила я. И тут увидела его.

Моего мужа под руки вели — нет, скорее, тащили — два человека в черных мантиях с капюшонами. Он был сильно избит и при каждом шаге шатался и все время норовил упасть.

— Ирга! — закричала я и кинулась к нему.

То есть это я пыталась закричать и кинуться. Я успела издать только слабый писк и чуть-чуть приподняться, как рука Живко закрыла мне рот, а сам он упал на меня сверху, придавив к земле.

— Тихо, глупая, — прошипел он, — всех нас выдашь.

Я брыкалась и пиналась под ним, пытаясь вырваться. Как же он не мог понять! Там же был мой муж! Мой любимый человек! Избитый, несчастный… Я должна была его спасти! Должна была…

— Успокойся, Ола! — приказал Трохим. — Мы спасем Иргу, без него отсюда не уйдем. — И добавил едва слышно: — А то он так плохо выглядит, как бы не помер.

Услышав это, я заплакала. Если уж вечно оптимистичный Трохим такое говорит, то дело действительно плохо.