…За время гневной анискиной речи Минька постепенно пришел в себя. Когда девушка закончила, он поднял голову и подавленно сказал:

— Прости! Это правда! Я не знаю, почему я так себя вел. Нет, знаю. Я на самом деле ревную тебя. И стесняюсь перед родителями. Я еще не привык, что рядом со мной такая красавица. Прости!

Аниска вздохнула.

— Прощаю, Минька. Я не святая и часто совершаю дурные и глупые поступки, за которые мне потом стыдно. Просто я не люблю, когда кто-то пытается мне приказывать или навязывать свое мнение. Понимаешь? В такие моменты у меня срывает башню и я начинаю действовать с точностью до наоборот. Такая уж я, да…

Минька тоже вздохнул и поднялся со стула. Он протянул девушке руку и спросил:

— Ну что, поехали?

— Поехали, — кивнула Аниска и поцеловала Миньку в щеку.

С балкона за ними свирепо наблюдал взъерошенный Пуся.

"Здорово я тебя цапнул, урод! — думал кот. — Ты еще попробуй сунься! В следующий раз без глаз останешься!"

* * * * *

…Как и полагала Аниска, ее появление в особняке Синицыных произвело незабываемое впечатление. Ноги убивали наповал.

Тамара Борисовна, минькина мама, высокая пухлая женщина с красными климактерическими пятнами на лице при виде Аниски охнула и хотела было что-то сказать, но под пристальным взглядом Пал Игнатьича оставила свое мнение при себе. Хозяин дома наоборот лучился гостепреимством — Аниска ему тут же понравилась. Сестрица Дашка приуныла. Вздорная девица однако чуяла скандал и с нетерпением его ожидала.

Рачительный хозяин Пал Игнатьич налил всем водочки и прямо так, со стаканами, отправились осматривать дом, сад, оранжерею, бассейн. Тамара Борисовна хлопотала на кухне, доводя до кондиции фирменное семейное блюдо — утку с яблоками.

Водочка подействовала и все приятно расслабились. Веселые истории так и сыпались изо рта умнейшего Пал Игнатьича, а Минька…Минька в одночасье превратился в того, кем он и был — доброго, послушного сыночка Дмитрия, дитя своих родителей, хоть и не без упертости характера. Это-то и огорчило Аниску. "Да уж, будущий муж…Ребенок…Ох, какой же ты еще ребенок, Минька", — кусала губы Аниска…

…Стол ломился от угощения. Две вазочки с черной икрой, половинки вареных яиц, наполненные вместо желтка красной икрой. Еще яйца — со смесью грибов, желтков и майонеза. Сочащаяся жиром красная рыба, нарезанные свежие помидоры, зеленый салат, салями, сыр, запеченная утка с блестящей, намазанной медом коричневой корочкой, обложенная со всех сторон яблоками, два сорта водки, белое и красное вино, шампанское. Чего здесь только не было!

"Нда…, - любят здесь однако покушать, — удивилась Аниска. — Или пускают пыль в глаза? Хотя при их-то деньгах навряд ли…".

Аппетитом Бог Аниску не обидел. Она выпила две рюмки водки, попробовала и яичек с икоркой, и рыбки, и помидорчиков. С удовольствием принялась за утку. Пал Игнатьич и Минька тоже ели так, что за ушами трещало. Дашка больше налегала на винцо. Тамара Борисовна поклевала мяса, поковырялась в салатике, выпила фужер шампанского. Аниска заметила, что руки женщины не находят себе места — она то бездумно вертела в них вилку, то комкала салфетку. "Кушайте! Кушайте, дорогие гости!" — несколько раз выкрикивала она, непонятно кого, кроме Аниски, считая за гостей. Красные пятна на щеках и шее женщины стали больше, она задышала как в преддверии истерики.

"Страшная вещь — климакс! — испуганно подумала Аниска. — Неужели через пару десятков лет я стану такой же? Боже!!! Лучше уж умереть…".

И тут началось! Как хорошо знала свою мамашу Дашка!

— Аниска! А как вы относитесь к детям? — вдруг спросила Тамара Борисовна.

Аниска осторожно проглотила кусок и ответила:

— Нормально!

Но Тамара Борисовна не унималась:

— А вы бы хотели иметь детей? Вы любите детей?

— Мама! Прекрати! — процедил Минька.

Аниске вспомнился аборт. Боль разлуки с милым Петей. Детишки бывших одноклассниц…

— Детей наверное можно хотеть только от любимого человека, — ответила девушка. — Да, я люблю детей.

— Томка, ну чего ты пристала к девушке? Дай ей поесть, это же некультурно! — попытался разрядить обстановку Павел Игнатьевич, но женщину понесло.

— А мы с Пал Игнатьичем очень любим детей! — с надрывом произнесла Тамара Борисовна. — И нам хочется, чтобы у Дмитрия были дети, наши внуки. Понимаете? Внуки!

Мы положительно относимся к желанию Дмитрия жениться на вас. После того, как он рассказал о ваших отношениях, мы решили отдать вам половину второго этажа, две комнаты. Мы сделаем ремонт и вы, как поженитесь, сможете там жить!

Аниска ошеломленно слушала женщину. "Дурдом! Куда я попала? Минька, урод, зачем ты меня сюда привел?" — ужаснулась девушка.

— Мама! Прекрати!!! — закричал Минька и вскочил из-за стола. — Чего ты выдумываешь? Мы никогда не говорили с тобой о свадьбе!