— В беду? — Старательно изображая Богарта, [39] Джек подмигнул и сказал: — Беда — мое второе имя. — Но, заметив, насколько серьезен Дом, он положил руку на плечо старика и медленно произнес: — Всю мою жизнь вокруг меня умирали люди, которых я любил. И я никогда не мог понять почему. Они умирали, а я оставался жив. Хотя бы раз я хочу понять почему. Если ты готов мне помочь, старый поганец, я согласен. Еще как согласен.

Стоя перед домом номер четыреста восемьдесят семь по Дьюэйн-стрит, Джек думал только об одном — о том, что он ошибся адресом. Солнце, клонившееся к закату, светило ярко, заставляло щуриться. Джек сжимал в руке конверт, отправленный Кидом по почте. Он опустил глаза и снова прочитал обратный адрес. В третий раз сравнил его с тем, что был указан на стене двадцатиэтажного красно-кирпичного дома, и в третий раз понял, что не ошибается. Тогда Джек поднес палец к кнопке, рядом с которой красовалась табличка «Управляющий», и позвонил.

Через несколько минут ко входу в подъезд подошел управляющий. Он вышел не из парадной двери, а из-за угла. Разговаривал он с легким акцентом. Джеку сначала показалось, что он русский. Комбинезон у управляющего был запачкан краской. Из верхнего кармана торчала потрепанная обложка карманного издания книги Беккета «Неназываемый». Управляющий явно хотел побыстрее вернуться к прерванному занятию — то ли к работе, то к чтению редкостно заумной книжки.

Джек несколько раз отрепетировал в уме то, что будет говорить. Один раз он даже проиграл всю сцену перед зеркалом у себя в ванной, но теперь, когда он начал переносить свой замысел в реальную жизнь, все звучало натужно, глухо. Он надеялся, что всему причиной как раз то, что он слишком много репетировал.

— Я понимаю, так не принято, — сказал Джек управляющему. — Но я прочел в газете про самоубийство.

— Да, жуткое было дело, — сказал управляющий. Слово «жуткое» он произнес так, что Джек уверился: акцент у него все-таки русский. — Я тут был. Вы репортер?

Джека так и подмывало ответить «да» и разыграть новую сценку, но он уже решил, что будет придерживаться прежнего плана, а там посмотрит, как пойдет дело.

— Нет, — сказал он. — Гораздо хуже. Я — ньюйоркец. Всегда мечтал здесь поселиться, вот и подумал: квартира-то теперь, наверное, свободна.

— Хотите, чтоб я вам показал квартиру того парня, что погиб? — фыркнул управляющий.

— Именно, — ответил Джек.

Управляющий покачал головой с некоторым изумлением.

— Это ж через агентство делается, — сказал он Джеку. — А я бы и рад вам помочь, да…

— Я им уже звонил. — К такому обороту Джек был готов. — Но пока нельзя. Кажется, какие-то юридические заковыки.

Конечно, он соврал. Ни в какое агентство он не звонил. На самом деле в газетной статейке не указывался даже адрес этого дома, но Джек надеялся, что управляющий не обратит внимания на эту мелочь.

— Ну вот, о том и речь.

— Но это значит, что пока никто не смотрел эту квартиру. Значит, у меня преимущество. Если она мне понравится, я смогу просто позвонить в офис и сделать им предложение. Сыграю в невидимку, так сказать.

— План хороший, — согласился управляющий. — Вы хитрюга редкостный, и мне это по нраву. Вот только помочь я вам не сумею.

— Как насчет двадцати баксов? — поинтересовался Джек. — Мне ведь надо всего несколько минут — бросить взгляд по углам, да и только.

— Извините, но нет.

— А как насчет сотни долларов?

Тут управляющий склонил голову к плечу.

— Сто баксов, чтобы квартиру поглядеть?

— Ну да.

— Эй, — сказал управляющий, — да кто я такой, чтобы помешать вам заполучить квартирку своей мечты?

Управляющий поднялся вместе с Джеком в квартиру в пентхаусе. Они вышли из кабины лифта, и управляющий первым пошел направо.

— На этом этаже две квартиры, — объяснил он. — На других по три, по четыре. Кое-где и по пять.

Он вынул из кармана большую связку ключей, нашел мастер-ключ и вставил в замочную скважину. Дверь распахнулась, управляющий шагнул в сторону. Джек переступил порог и замер на месте как вкопанный.

— Это, наверное, какая-то ошибка, — проговорил он.

— Какая еще ошибка?

— Тот, кто свалился с балкона… этот парень… вы его знали?

— Само собой, знал. Он же тут жил.

— Деметр. Так его фамилия, да?

— Ну да. Кид, — подтвердил управляющий. — Все его Кидом называли.