Затем посол в Раниге сообщил, что Нерман во всем винит Миэльса. И представил убедительные, хотя и косвенные доказательства. Император принял решение поговорить с Миэльсом и провести расследование. Но бывший король Ранига был убит. Как к этому стоило отнестись? Император тоже не знал. С одной стороны, Миэльс являлся его гостем. С другой, деятельность этого «гостя» казалась весьма беспринципной, если не сказать преступной. К тому же еще никто не доказал, что за убийством Миэльса стоит Нерман, хотя это было выгодно в первую очередь ему. Однако же и сам способ убийства поражал. Похоже было на то, что там поработал величайший из великих ишибов. Уничтожить практически одномоментно весь кортеж, а потом в совершенстве скрыть след мог не каждый. Уничтожение кортежа требует большой силы, а полное и быстрое сокрытие следа – тонкости подхода. Мукант сомневался, что Нерман нашел возможность заполучить ишиба такого уровня к себе на службу, да еще и приказать тому выполнить подобное задание. Великие ишибы были щепетильны. Поэтому император не знал, что и думать.

Аркенст тем временем размышлял над последним вопросом. Мукант даже удивился, почему такой простой вопрос вызывает затруднение. Он обернулся и посмотрел на шпиона. Тот, казалось, ждал лишь этого:

– Твое величество, осмелюсь предположить, что в войне с Ранигом у нас возникнут непредвиденные проблемы. Возможно, даже очень большие.

Брови императора взлетели вверх:

– Почему?

– Прошу разрешить мне ответить подробно, твое величество.

– Говори… – Мукант выглядел заинтересованным.

– Может быть, твое величество когда-нибудь видел сон… особенный сон, в котором точно знаешь, что это сон, и кажется, что все предметы там являются далекими от реальности.

– Продолжай.

– Так вот, в этом сне, например, лес может выглядеть как нормальный лес, но знаешь, что этот лес – не лес вовсе. Или озеро – вроде бы обычное озеро, но одновременно с этим присутствует глубокая убежденность, что озеро лишь кажется озером. А люди только кажутся людьми.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Твое величество, в Раниге, при дворе короля Нермана, меня посещало точно такое же чувство. Особенно когда видел самого короля издалека и общался с его учителем, великим ишибом Арралом. Мне чудилось, что на самом деле все не так, как кажется. Дворец, конечно, дворец, но что-то в нем не так. Король, безусловно, король, но немного не такой, каким он должен быть, даже помимо его аба. В чем он не такой, не могу сказать. Его учитель, разумеется, великий ишиб… но очень странный великий ишиб. Чувство, что все просто… ненастоящее, не оставляло меня. Иногда у меня даже мурашки бежали по коже. Казалось, что они там носят маски. А если их сорвать, то покажется нечто ужасное, пугающее и чрезвычайно опасное. Настолько опасное, что лучше эти маски и не трогать вовсе.

– Ты уверен в этом?

– Нет, твое величество. Уверенности, как и доказательств, нет. Но мои знания и умения обширны, я бывал во многих местах, встречался с разными людьми… но никогда не испытывал ничего подобного. К тому же своим чувствам и интуиции привык доверять.

– Думаешь, это может помешать нашей победе?

– У нас безусловное превосходство во всем, твое величество. Мы должны победить. Но… я бы не рекомендовал начинать войну.

– Мне ясна твоя точка зрения, ишиб, – нейтральным тоном произнес император. – За создание амулетов, которые нейтрализуют амулеты Террота, ты получишь награду. Можешь идти.

Аркенст ушел, а Мукант еще долго пребывал в задумчивости. На него рассказ шпиона произвел впечатление. К тому же и у самого императора скопилось достаточно странной информации, касающейся Ранига. Если размышлять над всем этим одновременно, то… мысли запутывались еще больше. Возникал даже соблазн распутать все одним ударом.

Лейтенант Тшаль старался честно и на совесть исполнять обязанности коменданта деревянной крепости Зарр. Впрочем, даже до этого назначения он старался все делать честно и на совесть, но иногда у него не получалось. В основном вследствие вспыльчивого и задиристого характера.

Прежний комендант уру Лоарн оставил после себя довольно дисциплинированное войско. Тшаль еще больше усилил дисциплину. Он исходил из сугубо практических соображений, потому что не хотел, чтобы что-то вызывало его гнев. Лейтенант знал за собой этот недостаток, поэтому решил всеми силами препятствовать появлению причин для вспыльчивости.

Под его началом оказались сорок семь солдат, обладающих амулетами Террота, и два ишиба. Прежде в крепости служил лишь один ишиб, но король на всякий случай решил немного усилить гарнизон. Ведь кочевники все еще находились неподалеку, и в случае их нападения на Зарр пришелся бы первый удар.

Перед отъездом Тшаль получил от короля два приказа: не допустить прорыва кочевников, а также, по возможности, изгнать их на север, в сторону границы Томола. Однако кочевники вели себя тихо и не доставляли новому коменданту никаких хлопот. Он был удовлетворен сложившимся положением вещей и тоже не беспокоил своих соседей. Но когда до Тшаля дошли известия о начале войны с Томолом и Кмантом, он понял, что пришел черед выполнить королевский приказ в полной мере.

Не откладывая своего решения, комендант сформировал отряд из двух ишибов и двадцати пяти солдат и во главе этого отряда направился в сторону кочевников. Лейтенант отлично знал, где находится ближайшая стоянка. Уж чего-чего, а информации о возможном противнике он собрал достаточно.