— А как же университет, Алекс?!

Не было ничего удивительного в том, что она адресовала свой вопрос не сыну, а мужу: достаточно было посмотреть на лицо Грега, чтобы понять — никакие доводы не помогут переубедить генетический союз русско-ирландского упрямства. Поколения ирландских повстанцев со стороны матери и русских дворян со стороны отца создали гремучую смесь. Мать и отец переглянулись. Мать бессильно уронила руки на стол, а Бернофф-старший медленно расстегнул ворот рубашки и обнажил шрам от ранения на правом плече.

— Немецкая пуля, — пояснил он. — Я получил ее под Верденом. Многие мои товарищи остались там. Я избежал смерти или плена по чистой случайности. Потом я дрался в России с большевиками, и не моя вина, что мне пришлось покинуть Родину вместе с моими товарищами по оружию. Война — это не патриотическое шествие со знаменами. Это кровь и смерть. И иногда тяжелее остаться в живых, чем умереть в бою, — даже если ты не поступился честью. Четыреста лет Берновы проливали кровь за свое Отечество. Знай, что ты можешь не вернуться с этой войны. Ты — мой единственный сын, и я не знаю, как смогу жить дальше, если с тобой что-нибудь случится. Но никто не может запретить Бернову пролить кровь за Отечество. Так получилось, что родина моего сына — Америка. Я рад, что Америка и Россия сейчас вместе сражаются против общего врага. И я рад, что ты сам сделал выбор.

После такой речи Мардж, конечно, нечего было добавить. Но, будучи женщиной мудрой, она посоветовала сыну поговорить о своих планах с дядей Джеральдом, который также был боевым офицером, сражавшимся в Первую мировую войну под командованием генерала Першинга. Джеральд к этому времени уже стал преуспевающим адвокатом и дал практический совет племяннику.

— Конечно, почетно сражаться за Родину простым пехотинцем на переднем крае. Однако каждый сейчас должен задуматься: все ли я сделал для Родины в это тяжелое время? Я уверен, что с твоими способностями ты мог бы принести гораздо больше пользы на тайных фронтах войны.

Насчет способностей дядя Джеральд попал в точку. Еще в школе Грег показал недюжинные способности к языкам. Учительница французского, пораженная его успехами, посоветовала изучить ему второй язык, и Грег, подумав, остановил свой выбор на немецком. Он обладал философским складом ума и хотел в подлиннике прочитать Гегеля, Ницше и Шпенглера. Учитывая, что под влиянием отца Грег также неплохо овладел русским и даже осилил «Войну и мир» на языке Толстого, можно с уверенностью утверждать, что он действительно оказался ценной находкой для американской стратегической разведки.

Американская стратегическая разведка в то время называлась Управлением стратегических служб. УСС появилось по распоряжению президента Франклина Рузвельта и было призвано покончить с ужасающим беспорядком в получении и анализе стратегической разведывательной информации. Дело, конечно, крайне важное и своевременное, особенно после Перл-Харбора, явившегося (как принято считать) прямым следствием именно вышеотмеченного беспорядка. Формирование стратегической разведки поручили отставному генералу Уильяму Доновану. В армейских кругах он был известен под прозвищем «Дикий Билл». Это говорящее само за себя прозвище Донован получил в бытность свою командиром 69-го пехотного полка во время Первой мировой войны.

Выбор кандидатуры Донована сделал лично президент Рузвельт, и этот выбор в тех условиях казался вполне логичным: в 1940 и 1941 годах Рузвельт дважды направлял Донована с секретными поручениями в Европу и на Средний Восток. Во время этих поездок Донован ознакомился с богатейшим опытом британской разведки по организации разведывательной и диверсионной работы, так что вряд ли на тот момент Рузвельт имел в своем распоряжении более компетентного человека.

Однако Дикий Билл обладал выдающейся способностью с энтузиазмом откликаться на все, что было в тот момент (или казалось таковым) важным и необходимым. Поэтому создаваемая им организация, по его замыслу, должна быть способна решать практически любые проблемы. Столь купеческий размах привел к тому состоянию дел, которое один из сотрудников Донована, Роджер Хилсмэн (возглавлявший в то время разведгруппу УСС в Бирме) охарактеризовал кратко и емко: «настоящий винегрет».

Тем не менее работа кипела, и кое-какие результаты уже имелись. Недостатки в работе объяснялись нехваткой квалифицированных кадров. Сам Донован в мирной жизни был юристом и политиком и в разведку привлекал, естественно, людей того же круга. И когда Джеральд Батлер замолвил слово перед ближайшим помощником Донована Алленом Даллесом, которого хорошо знал опять-таки по юридической практике, все сложилось очень быстро. После короткой беседы с Даллесом Грег Бернофф был направлен на специальные курсы, по окончании которых получил звание второго лейтенанта и в начале 1945 года оказался в Лондоне в качестве помощника и переводчика личного представителя Донована полковника Уэверли.

Полковник Уэверли осуществлял совместное планирование операций УСС и британской разведки МИ-6 в Европе, и поскольку в дальнейшей судьбе Грега британская разведка сыграла не последнюю роль, необходимо хотя бы вкратце рассказать о МИ-6.

Разведка является неотъемлемым элементом государства. Государство просто не может без нее обойтись! Знать, что замышляют соседи, не менее важно, чем быть в курсе замыслов своих подданных. Английские короли прекрасно это понимали и потому помимо полиции не оставляли без внимания разведку. И британская разведка всегда была на высоте, поскольку ею занимались настоящие джентльмены.