— Простите, мне неожиданно позвонили, и я никак не мог отложить разговор. Оксана посвятила вас в наши трудности? Тогда поехали.

Валерий Петрович решительным жестом взял под руку слегка упирающуюся Настю и быстрым шагом направился к выходу. Настя едва поспевала за ним. Удобный момент был упущен. Разве можно высказывать свое возмущение на бегу? Нужно хотя бы остановиться и перевести дыхание.

— Я очень быстро иду? Простите. Просто мне поскорее хочется решить все вопросы.

Опять Настю усадили в уже знакомую машину. Казалось, даже шоферу передалось едва сдерживаемое нетерпение господина Елизарова. Машина резко рванулась с места и понеслась по незнакомым улицам. Прошло несколько минут, и они оказались у восьмиэтажного дома, окруженного деревьями.

— Все, приехали. Пойдемте. — Валерий Петрович открыл входную дверь и стремительно вошел в подъезд.

Недоумевающая Настя последовала за ним. Они поднялись на лифте на третий этаж и остановились перед дверью квартиры. Валерий Петрович нетерпеливо нажал на кнопку звонка.

— Никого. Значит, рабочие уже ушли. — Он порылся в кармане в поисках ключей, обнаружив связку, стал перебирать ключи. — Какой же из них? Ладно, будем пробовать все подряд.

— Вы можете сказать, куда вы меня привели?

— К себе домой, хочу показать вам квартиру и спросить совета. Ага, кажется, этот подходит.

После нескольких неудачных попыток ему наконец удалось открыть массивную дверь.

— Проходите.

— Я все-таки не понимаю, зачем вам понадобилось привозить меня сюда?

— Это что — женское кокетство? Или Оксана вам ничего не рассказала? Чем же вы тогда занимались, пока меня не было? О женщины, женщины! Ни о чем-то вы не думаете, кроме нарядов и развлечений.

— Да как вы можете так говорить? Кто вам дал право? — Настя задохнулась от возмущения.

— А что я такого сказал? Что плохого в том, что женские головы чаще всего заняты именно этими проблемами? Ну не сердитесь, я пошутил. Проходите. Это моя новая квартира. Я приобрел ее совсем недавно. Успел только получить необходимые документы, оплатить ремонт и уехал по делам. Даже и не был тут ни разу. За всем следила Оксана.

— Про которую ты забыл. И это в благодарность за все мои хлопоты, — раздался с площадки шутливый голос. У входной двери стояла Оксана Дмитриевна и с укоризной покачивала головой. — Разве так поступают заботливые мужчины?

— Ну не ворчи, мне так не терпелось показать Анастасии Григорьевне квартиру. Что мы стоим? Проходите.

Настя нерешительно вошла в прихожую. В квартире пахло свежей краской и лаком.

— Вот смотрите. Тут три комнаты. Конечно, ремонт делался без учета того, что в доме будет жить ребенок, но это поправимо. Нужно только решить, где будет удобнее…

— Как?! Неужели ты решишься здесь что-нибудь менять? Опять все ломать? После стольких трудов? — с притворным ужасом воскликнула Оксана Дмитриевна. — Здесь все так хорошо продумано.

— Почему нет? Если в этом возникнет необходимость. Что вы скажете, Анастасия Григорьевна?

— Может быть, вы мне объясните, в чем дело?

Валерий Петрович недоуменно посмотрел на Настю. Оксана Дмитриевна подняла свои выразительные глаза к потолку, как бы говоря: «Я же тебя предупреждала, что с этой особой ничего путного не выйдет».

— Я хотел, чтобы вы посоветовали, где удобнее всего разместить девочку. Когда делался ремонт, я не предполагал, что в квартире будет жить ребенок, поэтому мне требуется совет профессионала.

— Ну что же, я с радостью готова вам его дать. — Настя скинула туфли и прошлась по коридору, открыла ближайшую дверь.

— Здесь гостиная, как видите, в квартире Валерия Петровича сделали евроремонт, — тоном терпеливого доброжелательного экскурсовода, разговаривающего с дилетантами, объясняла Оксана Дмитриевна.

На ее губах, словно приклеенная, застыла улыбка. Почему мужчины бывают настолько близоруки? Ведь видно невооруженным взглядом, до чего фальшивы и забота и внимание этой Оксаны Дмитриевны. Ее единственная забота сейчас — защитить собственные интересы, доказать, что в этой цивилизованной, но такой бездушной квартире, словно сошедшей с картинки модного журнала, просто нет места для маленькой девочки. Настя шла по квартире и представляла себе, как на этих идеально чистых белых стенах появятся следы, оставленные маленькими сладкими ручками.