«Прекрасно» — если не считать того, что он сбит с толку этим странным разговором.

— А почему это мне может быть нехорошо?

— Мне показалось, что у тебя до сих пор заложены уши от авиаперелета, если тебе послышалась такая нелепица, что я бегу. Бегу, надо же! Хочешь, я запишу тебя на прием к доктору Фаллону?

Роман замотал головой так сильно, что если бы у него и вправду были заложены уши, то они бы сразу прочистились.

— Я в порядке. — Он посмотрел матери в глаза. — Меня беспокоит твое здоровье.

— Не стоит волноваться. — Райна медленно села на стул рядом с сыном, посмотрела в его миску и нахмурилась. — Я вижу, некоторые вещи не меняются. Самой не верится, что я на самом деле держу в кухне эту дрянь специально для тебя. От этого…

— Портятся зубы, я знаю. — В детстве мать много раз говорила ему об этом. Но все равно потакала слабостям сына, потому что любила его. — Между прочим, ты знаешь, что я пока не потерял ни одного зуба?

— «Пока» — ключевое слово. Роман, у одинокого мужчины все зубы должны быть на месте. Какой женщине понравится, если она проснется среди ночи и обнаружит на твоей тумбочке стакан с водой, в котором лежит вставная челюсть?

Роман закатил глаза.

— Хорошо, что я человек респектабельный и не позволяю женщинам оставаться на ночь.

Роман не без сарказма подумал, что дает матери пищу для размышления.

— Респектабельность тут совершенно ни при чем, — пробурчала Райна.

Как всегда, мать ухватила самую суть. Женщины не оставались у него ночевать, потому что у него сейчас не было ни с кем серьезных отношений, причем не было уже довольно давно. А еще потому, что женщины, которые оставались на ночь, автоматически делали вывод, что могут остаться и на следующую И еще на следующую. Этак мужчина и опомниться не успеет, как окажется вовлеченным в серьезные отношения, что, как предполагал Роман, возможно, не так уж плохо — если бы он нашел женщину, которая могла бы удерживать его интерес дольше, чем пару недель. Такая же ситуация была и у Чейза, и у Рика. Роман подумал, что в данный момент на сердцах всех трех братьев Чандлер словно стоит штамп: «Посторонним вход воспрещен». И любая разумная женщина прочтет эту информацию, прежде чем впутываться в отношения с кем-то из братьев.

— Мама, ты слишком много понимаешь, себе во вред.

Роман встал из-за стола и тут только заметил, что Райна одета для выхода из дома: на ней были темно-синие брюки и белая блузка с галстуком, заколотым золотой булавкой с тремя бриллиантами, окантованными как миниатюрные бейсбольные мячи. Булавку ей когда-то подарил муж, с рождением каждого сына в ней прибавлялся новый бриллиант. Выглядела Райна прекрасно, если не считать бледности. Роман с гордостью подумал, что его мать всегда прекрасно выглядит.

— Ты куда-нибудь уходишь? — спросил он.

Райна кивнула.

— Иду в больницу, читать детям книжки.

Он хотел было возразить, но мать не дала ему и рта раскрыть.

— Прежде чем ты начнешь спорить, как пытались спорить Чейз и Рик, выслушай, что я тебе скажу. Я в постели с прошлой пятницы, с тех пор как твои братья привезли меня домой. Сегодня прекрасное утро, даже врач говорил, что мне полезен свежий воздух, если я не буду переутомляться.

— Ма…

— Я не закончила.

Мать помахала рукой перед его носом, и он сел на место, понимая, что лучше не перебивать.

— Я каждый понедельник и каждую пятницу читаю детям книжки. Джин Паркер в эти дни проходит сеансы химиотерапии, и она с нетерпением ждет продолжения истории «Любопытный Джордж попадает в больницу».

Роман подумал, что его мать все-таки очень заботливая женщина. Даже будучи больной, она в первую очередь думает о других. В ее сердце всегда хватало места для любого ребенка, который появлялся в их доме.

Райна словно прочитала мысли сына. Она приложила руку к груди на уровне сердца и заметила:

— Кроме того, дети очень полезны для сердца, они помогают почувствовать себя на десять лет моложе.

Роман возвел глаза к потолку.

— Отдых не менее полезен, поэтому, надеюсь, когда ты закончишь читать, то вернешься домой и ляжешь.

Тему детей он развивать не собирался. Только не теперь, когда он намерен пуститься на поиски будущей матери для своих собственных детей.

— Ты закончила монолог? — вежливо поинтересовался он.

Мать кивнула.

— Я не собирался спорить, я только хотел спросить, не приготовить ли тебе завтрак. Не хотелось бы, чтобы ты утомилась еще до того, как приступишь к своей волонтерской работе.

Райна улыбнулась. Несмотря на то что ей было за шестьдесят, ее кожа не утратила румянца, которому бы позавидовали большинство женщин, морщины у нее были, но не такие глубокие, как у женщин ее возраста. Романа вдруг охватил страх при мысли, что он может ее потерять. Он встал и протянул к ней руки.