— В Ирландии.

— А, в Ирландии. Всего лишь переплыть канал. И, насколько я знаю, у него нет никаких дядюшек. По крайней мере, не припомню, чтобы видел хотя бы одного на свадьбе, а ты?

Лоррейн покачала головой, потом сообразила, что Гарри не видит ее.

— Нет, Гарри. Я тоже не помню ни одного дяди.

— Послушай. Лорри. Найди его и сделай так, чтобы он это надолго запомнил. Иначе я просто прикончу его. Я тебе это обещаю.

Он красочно расписал, как это произойдет.

Положив трубку, Лоррейн все еще смотрела на телефон. Потом взглянула на часы. Было уже одиннадцать тридцать. Можно и передохнуть. Лучше всего уйти из участка, чтобы прогуляться и подумать наедине. Может, вдали от Люка, Картера, бумажной волокиты и телефона легче будет разобраться в проблемах. Кстати, надо бы съездить и еще раз осмотреть место убийства Джека Холланда. Хотя ищейки и прочесали все вокруг.

Отодвинув стул, она покинула комнату, задвинув мысли о муже в самые глубокие тайники подсознания.

Робби и Керри стояли у дверей палаты. Керри взглянула на брата, и он вдруг показался ей совсем взрослым. Она не решилась рассказывать ему о проблемах Даррена, хотя и чувствовала, что Стиви с Мартином не зря дожидались у ворот.

Она открыла дверь палаты, а Робби словно застыл. Он что, так и собирается стоять тут вечно? Отключился на недельку?

Мать лежала в дальнем углу палаты, и даже от дверей было видно, что она выглядит гораздо более здоровой физически, но сильно обеспокоена. Господи, она не знает еще и половины наших проблем, подумала Керри.

— Привет, мам, — сказала она, приблизившись к койке.

Ванесса подняла на дочь глаза и вяло улыбнулась.

— Я могу выписаться во второй половине дня, — сказала она, вздохнув. — Робби, не попросишь Тревора приехать за мной? Он живет через дорогу от нас. Тревор возьмет всего пару фунтов, а если поехать на такси, придется неделю голодать.

Хотя Ванесса и завела разговор о возвращении домой, Керри почувствовала, что ей вовсе не хотелось выписываться. А интересно, как она заговорит, когда узнает о нашей Клер?

Керри толкнула брата локтем, потому что не собиралась торчать здесь и слушать их болтовню. Робби вдруг взял мать за руку.

— Мам, я должен тебе кое-что рассказать. — Он остановился и сделал глубокий вдох. — Я никак не мог решиться, но ты должна знать. Клер пропала.

Повисло гробовое молчание, потом Ванесса сказала:

— Пропала? — причем так тихо, что детям пришлось наклониться, чтобы расслышать.

— Мам, она не пришла вчера ночью домой, — так же тихо сказал Робби. — И ее не было в школе весь день вчера.

Керри увидела, что цвет лица матери стал белее простыней, на которых она лежала. Робби положил руку на плечо Ванессы, а она молча раскачивалась взад и вперед. Керри казалось, что слезы капают на руку Ванессы, но у матери были сухие глаза, а вот у Робби лицо было мокрым.

Внезапно Ванесса закричала страшным тонким голосом, который как будто врезался в мозг Керри. Она никогда в жизни не слышала, чтобы кто-то так кричал. Керри зажала уши ладонями, но не смогла заглушить вопли. Мать выла так, словно ее пытали в аду. А между вскриками Ванесса снова и снова повторяла одни и те же четыре слова:

— Он добрался до нее! Он добрался до нее!

Керри в ужасе, оттолкнув Робби, обхватила мать, пытаясь ее успокоить:

— Прекрати, мама, пожалуйста, прекрати! О чем ты говоришь? Кто добрался до нее? О чем ты?

Ванессу трясло, но она затихла на секунду и посмотрела на старшую дочь.

— Хозяин, — сказала она, выпучив глаза так, что казалось, что они вот-вот выпрыгнут из глазниц. — Хозяин добрался до нее! — И она снова стала жутко кричать.

Наконец в палату вошла сестра, оттолкнула Робби с Керри и задернула розовую штору вокруг кровати, указав детям на бокс, расположенный неподалеку от палаты.

Керри с Робби сели и молча смотрели друг на друга. Хотя двери были закрыты, крики матери все еще были слышны.

— О чем это она? — спросила Керри. — Какого…

— Не знаю. — Робби медленно покачал головой, все еще в шоке.

— Ты думаешь… ты думаешь… может, она знает, кто мог украсть нашу Клер? — Керри просто не могла в такое поверить.

Они сидели в оглушающей тишине, пока спустя несколько минут не вошел доктор в таких больших очках, каких Керри еще не доводилось видеть.