Бай Клакстон не спала – она вязала при свечке. Рядом со свечой, в глиняном горшочке на подставке стоял засохший цветок. Она узнала меня. И не казалась удивленной, что вновь меня видит.

– Видите, что послала мне леди?

Она показала на цветок, весьма необычный для этого времени года.

– Леди?

– Мисс Контагью. Она очень заботливая для женщины ее положения.

– Да, у нее бывает такое настроение.

– Это она послала вас проведать меня?

Небольшая ложь была здесь не совсем неуместна.

– А также попытаться выяснить, что тогда произошло – теперь, когда вы чувствуете себя лучше.

Миссис Клакстон отложила свое вязание. Ее глаза наполнились слезами, но она взяла себя в руки.

– Вы знаете, я ведь не вдова. У меня двое сыновей и три дочери. Лишь Этан погиб в Кантарде – ему было бы сейчас столько же, сколько вам. И он единственный из них всех, у кого имелась причина не навещать меня.

– Очень жаль это слышать. Некоторые люди очень невнимательны. Особенно члены семьи.

– Могу поручиться, что вы всегда заботились о своей матери!

– Моя мать умерла. Я действительно пытался заботиться о ней, пока она еще была с нами. – (Но с той поры вел себя как совершенный паразит. Я не посещал ее могилу уже многие годы.) – Однако давайте не будем без нужды расстраивать себя. Здесь не то место.

– Очень здравая мысль, молодой человек. Чем я могу вам помочь?

– Этот пожар… Мне поручено выяснить, что тогда произошло.

– Я не знаю. Это просто случилось, и все. Мне было ужасно больно! – Она слабо улыбнулась.

– Вот что я вам скажу, миссис Клакстон…

– Зовите меня просто Бай.

– Хорошо, мэм. Вы, возможно, не заметили этого, потому что не знали, куда смотреть, но это случилось не просто так. Что-то должно было послужить причиной. Поэтому-то я и хотел бы вспомнить вместе с вами весь тот вечер. Прежде всего, почему вы вообще оказались там? Вы ведь не работаете в заведении, которое тогда поставляло кушанья.

– Нет. Я работаю у мистера Хартвелла.

– Это не тот мистер Хартвелл, который управляет поместьем семьи Контагью?

Этому человеку я никогда не доверял. Скользкий тип. Правда, я не мог себе представить, чтобы он обворовывал Чодо.

– У его сына, Армонди. Он попросил меня помочь – ну там накрыть столы, похлопотать на кухне и прибраться, когда все кончится.

– И разве в этом не было ничего необычного – в том, что вы оказались там?

– Да нет, не думаю.

– Интересно… Во сколько вы пришли туда? И не случилось ли с вами после этого чего-нибудь необычного?

– Я пришла сразу после полудня. На тот момент еще и делать-то было почитай что нечего. А необычным было то, что меня внезапно охватило пламя, и я обгорела чуть не до смерти!

Она снова начала негодовать по поводу своего мужа и детей. Я дал ей выпустить пар, потом спросил:

– Кому вы докладывали о своем прибытии?

– Да этим двум красавчикам, когда они наконец прибыли. А пока они не заявились, мне пришлось просто сидеть сложа руки.

– Да, я с ними тоже встречался. Они там, кажется, всем руководили?

– Им хотелось так думать. Они были декораторы, им была поручена расстановка столов и стульев. Я слушала их только тогда, когда они говорили дело… Ах, да! Сначала мне давал указания мистер Темиск – мы знакомы уже много лет.

– Жнец Темиск?

– Он самый.

Так значит, мистер Темиск был там. Он пришел заранее и был в задней части дома. Этого я не знал. Никто до сих пор не упоминал, что видел Темиска.

– В первый раз я наткнулась на него в кладовой – уж не знаю, что он там делал в потемках. Искал масло для ламп, так он сказал. А я видела масло в кухне, его принесли эти двое, так что я показала ему, где оно.

– А как насчет мисс Контагью? Когда появилась она?

Миссис Клакстон подтвердила мои подозрения.

– Она уже была там, когда я пришла. И телохранители с ней. Наверное, смотрела, нет ли каких-нибудь проблем.

– Итак, мистеру Темиску понадобилось ламповое масло? Зачем?

– Ну как же, он достал из кармана маленькую деревянную коробочку и высыпал в масло какие-то зеленые зерна или что-то вроде того, а потом хорошенько встряхнул все кувшины. Он сказал, что это благовония. Он сказал мне налить это масло в те лампы, которые должны были стоять на столах.

Это выглядело не очень красиво со стороны Жнеца Темиска.