Я промолчал.

— Знаешь, что самое ужасное? — продолжала Марти. — Что такой человек, такое животное, может влиять на нормальных людей. Он ведь мог бы устроить мне роскошную карьеру актрисы — или навсегда погубить. Такое вот животное, паразит… Как ты можешь с ним так говорить, не понимаю, — сказала Марти с искренним удивлением.

— Я с ним просто не могу говорить иначе. Вот чего я не понимаю, так это почему он мне позволяет так себя вести. Никак не отделается от детских воспоминаний, что ли?

Марти помолчала.

— Интересно, какие неприятности у Олсена, что ему нужна защита Паппаса?

— Кто знает? Может быть, это Джо-Джо убил Тани Джоунс. Или он знает, кто это сделал.

— Тани Джоунс? — удивилась Марти. — Боже мой. Дэн, Паппас никогда не стал бы помогать человеку, замешанному в этом убийстве.

По ее лицу я уже знал, какую бомбу она сейчас бросит.

— Она была его девушкой, Дэн. Я уже говорила, мне рассказывала про нее одна из клубных девиц. Она еще ужасалась — Тани так любила брильянты, а они ее и погубили. — Но Энди женат. У него дети. По-моему, он искренне гордится тем, что он глава семьи.

Марти как-то очень по-женски рассмеялась.

— И когда же это жена или дети мешали завести подружку? Но из-за его семьи они все тщательно скрывали — это понятно. Ему же надо было беречь свой образ примерного семьянина. Девица, которая знала ее, сказала, что они никогда не встречались на людях. Он приходил к ней. Тайная игрушка…

— Она могла представлять для него опасность?

— Не знаю, Дэн. Ее знакомая говорила, что Тани была глуповата. Этакая птичка, больше всего любила мужчин. Я не думаю, что она много о нем знала, просто что он важный человек.

Я уже не слушал. Я думал о человеке, убившем женщину Энди Паппаса. Нетрудно представить себе страх, который охватил убийцу Тани Джоунс. Вот у кого много проблем…

Но я думал и о другом: испокон веку мужчины убивают своих любовниц.

Рабочий день закончился, люди спешили по домам, но Газзо сидел в своем кабинете. Как-то так получалось, что он всегда сидел в своем кабинете, утром и вечером. Возможно, потому, что, как говорил сам капитан, что бы ни было на улицах, утро или вечер, в его сумрачном кабинете всегда стояла полночь.

— Ну какого черта вы мне не сказали, что Тани Джоунс была девушкой Энди?

— Ты не спрашивал, и вообще это не твое дело, — ответил капитан. У него был усталый вид. — Это и сейчас не твое дело, Дэн.

— Можно ставить деньги на то, что он разыскивает Джо-Джо Олсена, — настаивал я. — И можно почти не сомневаться, что это он устроил избиение моему клиенту.

— Нет, — сказал Газзо.

— Да! — сказал я. — Ставлю тысячу к одному, что Энди убил ее, а Энди не любит свидетелей. Господи, Газзо, ну кто осмелится убить подружку Энди Паппаса?

— Нет, — сказал Газзо. Я выругался.

— Что — нет?

— Нет по всем пунктам. Паппас ее не убивал.

— Алиби? — фыркнул я. — Ну конечно, у Энди будет алиби. Самое лучшее алиби, какое только можно купить за деньги. Совершенно непробиваемое.

Я ни в чем не сомневался. Кто иной мог убить Тани Джоунс? А Джо-Джо увидел что-то такое, что заставило его убежать. Я бы тоже убежал, если б увидел Энди Паппаса на той улице в нужное время.

— Прекрати! — Газзо стукнул ладонью по столу и злобно посмотрел на меня.

— Ты думаешь, я не умею отличать настоящее алиби от фальшивки? Или, по-твоему, Паппас меня купил?

Никто не может купить Газзо. Очень многие в полиции берут взятки, раскрывались целые преступные организации, которыми управляли полицейские, но Газзо купить нельзя. Вообще-то честных полицейских много. Может быть, дело просто в том, что Газзо никогда не нуждался в лишних деньгах. Не знаю, не знаю, не знаю.

— Ну, я готов выслушать, — сказал я.

— Так вот, в точное время ограбления и убийства Паппас находился в Вашингтоне, давал показания комитету конгресса, который расследует преступность в доках. Если бы у тебя были мозги, ты бы это вспомнил. Комитет прокручивал Энди через мясорубку три дня подряд. В день убийства Энди освободился только в восемь вечера. Даже он не мог бы повернуть время назад.

— Ну, значит, кто-то сделал это за него, — сказал я. — Конечно, это самое время он и выбрал бы. Все его ребята были с ним?

— Нет, но у всех есть алиби.

— Ну да, взаимные.

— Нет, — проговорил Газзо так, будто читал очень легкую книгу глупому четырехлетнему ребенку. — Джейк Рот был в доме Паппаса на побережье Джерси. Паппас признал, что сам убрал Джейка подальше, потому что из него получился бы очень плохой свидетель в Вашингтоне. У Энди было нечто вроде джентльменского соглашения с комитетом, что он явится добровольно, если они не будут вызывать никого из его ребят. Но и при этом Энди не хотел рисковать.