— Справятся без нас, — ответил Сенегард. — Зачем создавать толкучку?

Баргустанец с сожалением крякнул, но опустил секиру и огляделся в поисках тряпки, которой можно обтереть лезвие.

Через несколько минут с пиратами было покончено, и капитан Дайномир подошёл к Сенегарду и его спутникам, зажимая рану на боку.

— Славная сеча, — сказал он, превозмогая боль. — Я видел, как вы дрались.

— Надеюсь, не разочаровали? — спросил Сенегард, проводя по мечу точильным камнем, отчего тот тихо и мелодично звенел.

— Если бы все так сражались, — усмехнулся Дайномир. — Спасибо, хоть последних дали нам прикончить.

— Всегда к вашим услугам, — улыбнулся эльф.

Дайномир кивнул и поморщился от боли.

— Этот корабль мы отправим в Алые Копья, — сказал он, — так что часть команды уплывёт на нем. Кто-нибудь из вас был матросом?

Все отрицательно покачали головой, кроме Шолли-Строма, который заявил, что в своё время был боцманом.

— Отлично, — капитан сделал ему знак следовать за ним. — Тогда своего я отправлю на пиратском судне, а тебя оставлю вместо него.

Баргустанец вопросительно посмотрел на Сенегарда, тот кивнул. Шолли-Стром просиял и пошёл за капитаном. Орманар нагнал их и, остановив Дайномира, сказал:

— Капитан, вам и вашим людям нужна помощь. Я хоть и не специализируюсь на врачевании, но могу залечить многие раны.

— Буду благодарен, — кивнул Дайномир.

— Вас мне хотелось бы осмотреть прямо сейчас, — сказал Орманар, с беспокойством поглядывая на рану, которую зажимал капитан.

— Нет, сначала я распоряжусь насчёт изменения состава команды, а уж потом делайте со мной, что хотите.

— Но потом может быть слишком поздно, — запротестовал маг.

— Что ж, значит, будет поздно, — ответил Дайномир и, повернувшись, пошёл прочь в сопровождении Шолли-Строма. Новый боцман заложил секиру за пояс и по-новому разглядывал корабль, на котором ему предстояло нести службу.

Орманар вернулся к остальным и пожал плечами.

— Терпеть не могу упрямцев, — сказал он досадливо.

— Правда? — Эльф насмешливо поднял бровь. — А я их обожаю.

«Неистовый» вошёл в один из многочисленных портов Малдонии через семнадцать дней после столкновения с пиратским парусником: из-за уменьшения команды плавание затянулось. Попрощавшись со всеми и с капитаном Дайномиром в особенности (которого Орманар всё-таки выходил, как и многих других, раненных в бою с корсарами), отряд Сенегарда высадился на берег, оседлал коней и отправился в путь на юго-восток, где, по сведениям эльфа, жил колдун по имени Айвонир, которого им предстояло разыскать и убедить помочь в борьбе с поветрием, а может, и с Каргаданом.

Каждый из отряда хоть раз да задавался вопросом: а что потребует волшебник за такую солидную услугу? И понимал, что какой бы ни был ответ, вряд ли у кого-нибудь из них найдётся что-нибудь, способное заинтересовать мага. И всё же отряд ехал всё дальше в глубь Малдонии, потому что ничего другого не оставалось.

Через пять дней путники очутились на берегу реки, на обеих сторонах которой расположилась большая Деревня.

— Наймём здесь рыбацкий баркас, чтобы довёз нас хотя бы до Медных Холмов, — сказал Сенегард, наблюдая за тем, как скользят по воде маленькие и средних размеров судёнышки.

Везти их согласился за пятнадцать золотых человек по имени Дастерин. Он владел дракаром длиной шестьдесят футов, на котором ходил с тремя сыновьями ловить рыбу даже в море. Погрузившись в него вместе с лошадьми, отряд Сенегарда отправился в плавание вверх по реке, которое должно было привести их вначале к озеру Зеркальное, а затем к Медным Холмам. Дальше Дастерин везти их отказывался, ибо места за ними начинались совсем глухие, и там можно было встретить вампиров, оборотней и прочую нечисть, которой кишели почти непроходимые леса Малдонии.

Через пять дней отряд высадился на пологом берегу. Футах в десяти начинался лиственный лес, в котором преобладали клёны, дубы и буки. Справа возвышались Медные Холмы — поросшие кустарником и травой изломы породы, кое-где обнажившейся и чернеющей.

Путники оседлали лошадей и поехали вдоль берега, чтобы обогнуть лес и найти хоть какой-нибудь торный путь. Через пару часов они выбрались на заброшенную дорогу, которая вела на юго-восток, и двинулись по ней.

— Ты имеешь точные сведения о том, где живёт этот колдун? — спросил Кафангер Сенегарда в конце первого дня пути.