— Здорово! — Пока Джинни радовалась, Грейс с Кендалл на всякий случай быстро обменялись телефонными номерами. Потом, извинившись, Грейс отправилась дальше, за покупками, а девочки кинулись назад, к своим подружкам. Неожиданно Ханна остановилась, вернулась к Кендалл и посмотрела ей прямо в глаза.

— Спасибо.

Признательность, которая была в ее взгляде, сказала Кендалл больше, чем Ханна могла выразить словами.

— Не за что. — Засунув руку в карман джинсов, Кендалл вытащила несколько долларов и протянула сестре. — Трать с умом, — шутливо напомнила она.

Ханна сунула их в передний кармашек.

— Кендалл!

— Да?

Сестра стояла и молчала.

— Ханна, пойдем, нас ждут! — кричала Джинни.

— Я… я тебя люблю. Чао. — Не дожидаясь ответа, Ханна сорвалась с места и помчалась к подругам.

— Я тоже тебя люблю. — На этот раз Кендалл уже не стала сдерживать слезы.

Подошла к концу ярмарочная торговля. И дежурство Рика тоже закончилось. Теперь он был волен делать все, что угодно. В первую очередь хотелось увидеться с Кендалл. Рик перехватил ее в тот момент, когда она выходила из магазина Шарлотты с чемоданчиком в руках.

Он приноровился к ее шагу.

— Привет!

Ее глаза вспыхнули искренней радостью.

— Привет!

— День прошел удачно? — Он указал на чемоданчик.

— Роскошно! Я продала большую часть того, что у меня было, и получила еще дюжину спецзаказов. — Кендалл тряхнула головой от избытка чувств. — Это было просто потрясающе!

— А я знаю, как сделать, чтобы все устроить еще лучше. Она с интересом посмотрела на него:

— Да ну? — На губах появилась улыбка.

После серьезного разговора, который состоялся у них минувшей ночью, когда Рик был с ней абсолютно откровенен, сейчас он внимательно вслушивался в ее приветствие. Все-таки его тактика сработала. Кендалл не кинулась в испуге прочь от него, она, наоборот, казалось, стала ближе.

Но ему хотелось, чтобы она была еще ближе.

— Ты когда-нибудь занималась любовью на автомобильном киносеансе? — поинтересовался он.

Губы Кендалл растянулись в улыбке.

— Не имела такого удовольствия, а что?

— Сегодня у нас ежегодное слайд-шоу на открытом воздухе. Оно каждый год совпадает с днем ярмарки. Футбольное поле превращают в зрительный зал, а собравшимся рассказывают об истории города. Это, конечно, не самое яркое зрелище, тем не менее там присутствуют все жители города. Согласишься быть моей дамой?

— А ты не работаешь?

— Я полностью свободен, и я — твой.

— Мне нравится, как это звучит.

Кендалл вдруг заговорила октавой ниже, и вот это очень понравилось ему. Но прежде чем заняться подготовкой к вечеру, Рик собирался с ней кое-что обсудить.

— Утром, перед работой, я заскочил к матери.

— Там все убрали после вечеринки?

Он кивнул.

— Кроме кучи подарков. Оказывается, каждый, кто пришел, что-то принес с собой. — Рику казалось неудобным принимать все эти подарки, и он собирался вернуть их назад.

Все, за исключением одного. Оттянув вниз воротник рубашки, Рик продемонстрировал вещицу, которую Кендалл с Ханной сделали собственными руками. Он был не из тех, кому нравились безделушки, но это было не обычное украшение. Оно выглядело по-настоящему мужским, солидным, и его было приятно носить. И главное, оно было подарено от чистого сердца. От чистого сердца Кендалл!

— Тебе нравится?

Его удивила нерешительность в ее голосе. В том, что касалось ее работы, Кендалл выглядела очень уверенной. Рик все утро издалека наблюдал за ней. Он не хотел подходить, чтобы не помешать ее торговле. Чем успешнее будет идти жизнь Кендалл в Йоркшир-Фоллзе, тем лучше для него.

— Мне нравится и оно, и ты. — Рик придвинулся ближе и, расставив руки, прижал Кендалл к кирпичной стене соседнего дома. Его тело незамедлительно среагировало, и это от нее не укрылось. Она тихо вздохнула, что еще сильнее завело его. — Мне бы хотелось как следует отблагодарить тебя, — ухмыльнулся он. — В конце концов, мать воспитала меня джентльменом.

— По-моему, она учила тебя делать эти вещи за закрытыми дверями. — Безошибочно узнаваемый голос Райны, а потом короткий смешок, разрушили соблазнительное очарование, которое Рику удалось соткать.

— О Господи! — Кендалл нырнула под его руку.

Проклятие! Ему-то хотелось, чтобы она в возбуждении и в нетерпении ждала наступления вечера, а не шарахалась от него в ужасе.

— Привет, мам, — процедил он сквозь стиснутые зубы и отодвинулся от Кендалл.