Холмы вокруг Кислой долины скрыла серая пелена, низкие тучи плыли на север. Расчерчивая небо, ветвились и сверкали молнии. Крупные капли молотили по мостовой. Но, несмотря на непогоду, на площади возле каменного изваяния было многолюдно. Ильмар, закутавшись в брезентовый плащ, стоял на парапете под статуей, наблюдая, как разгружают телеги. Отряд Прохора уже занял здание, полукругом окаймлявшее площадь с южной стороны, туда же укатили и киевские. Хэнк рассаживал своих людей в доме справа, его порученец Стеня – слева от площади.

Семеро бойцов возились по колено в воде за парапетом – сколачивали мостки, чтобы при случае в бассейне под статуей можно быстро перебегать с одной стороны на другую во время боя. Нормальных досок в округе раздобыть не удалось, поэтому Ильмар приказал разобрать телегу.

Атаман покосился на оплавленную черную фигуру, пытаясь представить, кто же стоит на постаменте, как раньше выглядел. Приметил в бесформенной массе ребристую рукоять меча и гарду и решил, что древний скульптор сваял либо охотника, либо воина, а под ногами у него, должно быть, лежит пес – уж слишком один фрагмент внизу походил на лапу собаки.

Небо слегка посветлело. Ветер разорвал тучи и сквозь пелену, скрывавшую от взгляда холмы, пробились багровые отблески заката. Дождь прекратился, в воздухе летала невесомая взвесь, высоко над площадью, переливаясь красками, аркой перекинулась радуга. Добрый знак, отметил атаман.

Подъехал промокший насквозь Прохор.

– Где Хэнк? – спросил Ильмар.

– Он почти закончил.

– Ты хорошо все проверил, как он людей расставил, указал, куда им стрелять?

– Да. – Прохор снял фуражку, стряхнул воду. – Он сейчас подъедет, обсудить кое-чего хочет.

– Разобъяснишь всем, чтоб приближенных Геста не перемочили.

– Это как? Кто в свалке разберет, кого стрелять, кого – нет?

– А вот так. Есть человек в караване особый. Его охранять скорей будут. И хорошо охранять. Уяснил, Прохор? – Атаман развязал на шее тесьму от плаща. – А что у Стени?

– Там хуже…

– Что еще? – Ильмар скинул плащ.

Прохор посмотрел на дом слева от площади, надел фуражку. В бассейне под статуей стучали молотки, звенела пила.

– Чего тянешь, говори.

– В доме том перекрытий нет, и на крышу не влезешь, стены будто потекли, гладкие…

– Так че ты мне раньше не доложил? – разозлился Ильмар. – Коня мне!

– Коня атаману! – крикнул Прохор.

Подъехал Хэнк, с ним еще двое: один смуглый, худощавый, сильно горбился в седле, другой грузный, с квадратным подбородком и свернутым набок носом. Бригадир сразу начал:

– Тут такое дело. – Он кивнул на всадников за собой: – У Юла с Метисом мысль появилась. Они предлагают…

– Мысль? – забираясь в седло, перебил Ильмар. – У вас мыслилки об одном сейчас должны думать, как людей слева от площади рассадить, чтоб дело не завалить.

– Так это… – Хэнк растерянно посмотрел на Прохора.

– Атаман, – вмешался тот. – Выслушай.

Ильмар смерил его сердитым взглядом, бросил Хэнку:

– Излагай.

– Метис, – Хэнк указал на смуглого всадника, – когда еще в банде у Макоты был… ну… фермеров они на берегу Донной Пустыни жгли…

– Короче! – рявкнул атаман.

– Смесь взрывную он умеет делать.

– И? – Атаман вытянул нагайку из-за голенища.

– А Юл запалы смастерит… «Тевтонцы» ж с броней, им граната что? Ну колесо ежели взрывом оторвет. Но люди-то, люди внутри выживут, стрелять по нам станут. А смесь, когда бутыль разобьется о броню, растечется по щелям и всех пожжет внутри.

Ильмар задумался, почесал подбородок.

– Дельно придумано. А что для смеси нужно?

Хэнк вопросительно оглянулся на Метиса.

– Керосин, селитра и кислота, – выпалил тот.

– А для запалов?

Юл шмыгнул перебитым носом, неспешно потянул повод, развернув коня к Ильмару.

– Дело нехитрое. Проволока нужна, трубки с прорезями – гильзы подойдут, пружины и патроны. Лучше от пистоля. Так вот.

– Всё? – Атаман приподнялся в седле, глядя, как за парапетом вокруг статуи заканчивают сколачивать мостки.

– Всё, – кивнул Юл.

– Прохор, – атаман начал выщелкивать пистолетные патроны из петелек на ремне, – отправишь их к лекарю. Пусть им керосина даст и кислоты, и эту…

– Селитру, – подсказал Метис.

– Да, её самую. А ты, – Ильмар протянул руку Юлу, – держи.

И высыпал в подставленную ладонь горстку патронов.

– Быстро запалы смастеришь?

Юл только усмехнулся.

– У-у, рожа. Думаешь, я забыл, что вы учудили у Октагона? Ладно, всяко бывает. Сядете за парапет с людьми Прохора. Сработает ваша взрывная смесь, прощу былое и награду выдам… – Атаман развернул коня, встал на стременах и крикнул: – Обоз убирайте! Убирайте с площади к некрозовой плесени!! И чтоб следов никаких не осталось. Живей! Прохор…