— Отличная штука: одной капли достаточно, — сказал он, бережно намазывая снадобьем волдыри. Кожу моментально перестало саднить, боль утихла, и даже прикосновение пальцев Шара почти не чувствовалось. — Ничем не закрывай и побольше держи на солнце.

Лорел изумленно уставилась на него.

— Почему ты решил помочь? Ты же меня ненавидишь.

Тот капнул жидкостью на ее пальцы и с тяжким вздохом произнес:

— Я ненавижу не тебя, а то, как ты обращаешься с Тэмом.

Лорел опустила глаза, не в состоянии выдержать его взгляд.

— Он живет одной тобой, — продолжал Шар. — В буквальном смысле. Каждый день он встает и ложится с мыслью о тебе. А после твоего переезда в Кресент-Сити Тамани целыми днями только и говорил о тебе, о том, что ты делаешь, увидитесь ли вы еще… А когда я заявил, что больше не могу слушать одно и то же, он стал думать о тебе молча. И так каждую секунду каждого дня.

Лорел сосредоточенно разглядывала свою ладонь.

— А ты? — Шар повысил голос. — Ты ничего не ценишь! Иногда мне кажется, что ты вспоминаешь о существовании Тамани, только придя сюда. Тебя интересует только та часть его жизни, которую видишь ты, а остальное неважно. Ты в курсе, что прошлой весной он потерял отца?

— Да, — кивнула она, понимая, что оправдываться бесполезно. — Я знала, я…

— Это был кошмар, — недослушал Шар, — просто ад. Парень чуть с ума не сошел. Его поддерживала единственная мысль, что скоро придешь ты. Он мне так и сказал: «Она придет в мае».

Лорел словно ударили под дых.

— Но ты так и не пришла, — сказал он. — А ведь Тамани ждал каждый день. Ты явилась в конце июня, и как только он тебя увидел, в ту же секунду, в тот же миг простил. Каждый раз, приходя сюда, а потом возвращаясь к своему… человеку, ты делаешь Тэму очень больно. И по-моему, тебе на это плевать.

— Нет, не плевать! — Голос Лорел зазвенел от волнения.

— А я говорю, плевать, — отрезал Шар. — Иначе ты бы перестала мучить его и дергать, как куклу на веревочке.

Девушка помолчала, а потом развернулась и пошла назад.

— Ты собиралась извиниться перед Тамани и снова его обнадежить, а потом сбежать к тому парню? — сказал Шар ей вдогонку.

— Вообще-то нет! — Разозленная Лорел обернулась к нему. — Я хотела сказать ему, что устала разрываться между двумя мирами, что решила жить с людьми, а он пусть остается среди фей. — Она замолчала и, шумно втянув воздух, попыталась успокоиться. — Ты прав. Я не могу бегать туда-сюда до бесконечности. Так нельзя…

Шар долго смотрел на нее, а потом едва заметная улыбка заиграла в уголках его рта.

— Поздравляю, наконец-то я слышу здравую мысль. — Он немного подался вперед. — А ведь я знаю тебя с пеленок.

Лорел скривилась.

«Всю жизнь за мной шпионил!» — подумала она.

— Так откуда волдыри? — Шар скрестил руки на груди.

Она раздраженно закатила глаза и повернулась, собираясь уйти.

— Это не игра! — Он довольно грубо схватил Лорел за руку. — Сыворотку монстроциды используют только с одной целью — когда дело плохо.

— У меня были неприятности, но я справилась.

— Справилась?

— Да, справилась! Я, между прочим, не беспомощна.

— Не хочешь рассказать, что случилось?

— Нет, потому что все уже позади, — ответила Лорел, пытаясь вырвать руку.

— Повторяю, это не игра. Ты что, не понимаешь? — Глаза Шара гневно засверкали. — Решила потягаться с троллями? У меня сильное подозрение, что те самые «неприятности» — это тролль, который выслеживает тебя еще с прошлого года. Он знает, что врата находятся где-то здесь, и не задумываясь убьет всех фей на свете, лишь бы добраться до Авалона. Так что твои «неприятности» ставят под угрозу всех нас, понятно?

Лорел шагнула назад и скрестила руки на груди.

— У меня, между прочим, есть дочь, — продолжал он. — Двухлетняя малышка, совсем еще саженец. И я бы не хотел, чтобы она осталась без отца. По крайней мере, не в ближайшую сотню лет. Однако теперь шансы, что я не погибну, ничтожно малы, и все благодаря твоему совершенно животному упрямству: ты почему-то вбила себе в голову, что с любой ситуацией должна «справляться» сама. Спрашиваю последний раз: что случилось?

Шар говорил спокойно, но его голос звенел в ее ушах так, словно он кричал. Лорел не выдержала и прижала ладони к глазам, тщетно пытаясь остановить хлынувшие слезы. Она все испортила, подвела каждого, кто хоть что-то для нее значил. Даже Шара.

Услышав его громкий шепот на незнакомом языке, девушка быстро убрала ладони от лица. Видимо, страж обращался не к ней. Слезы тут же высохли, и Лорел стала обшаривать глазами росшие вокруг деревья, но никто так и не появился.

— Ну хорошо, — сдалась она. — Я расскажу.

Шар смотрел, как Лорел уходит с поляны и садится в машину. Она полностью посвятила его в историю с Барнсом и ответила на все вопросы. По крайней мере, когда знала, что отвечать.

Машина замигала желтым поворотиком и выехала на шоссе.