Шрифт:
— Ты… — Голос сорвался, и она начала заново: — Ты прости, но мне пора.
Тамани ласково улыбнулся.
— Приятно слышать, что ты переживаешь. — Он прислонился к дереву и, глядя в сторону, произнес: — Надолго планируешь исчезнуть?
Вспомнив недавние слова Джеймисона, Лорел ощутила укол совести.
— Ты не понял. Дело в том, что я должна…
— Все нормально. Я просто спросил.
— Не настолько, как в прошлый раз, — вырвалось у нее.
— Когда? — Тамани посмотрел на Лорел, и на мгновение его тщательно выстроенная защита рухнула.
— Не знаю. — Она старательно смотрела в сторону, не в силах видеть его таким уязвимым. — Наверное, я могла бы приходить время от времени…
— Ладно, я что-нибудь придумаю. Только приходи! — с жаром произнес Тамани.
— Обещаю.
Со стороны дороги послышалось урчание мотора: к дому приближалась машина.
— Карета подана, — с натянутой улыбкой произнес он.
— Спасибо за все.
Тамани сунул руки в карманы.
— Не за что.
— Ты… — Лорел с трудом подбирала слова. — Я…— Раздались резкие гудки клаксона. — Это мама, — извиняясь, сказала она. — Мне пора.
Тамани молча кивнул, но не двинулся с места. Лорел поняла, что дело за ней. Она быстро чмокнула фея в щеку и унеслась прочь, к автомобилю, стоявшему с выключенным мотором. Внезапно она замерла: это была не мамина машина.
— Дэвид!
В следующий миг сильные руки сжали Лорел в объятиях, и Дэвид закружил ее совсем как Тамани во время их прогулки. Ее щека прижалась к шее юноши, и сразу нахлынули воспоминания: они с Дэвидом обнимаются на диване, в парке, в машине, на его кровати… Внезапно мелькнула стыдливая мысль: Лорел почти не вспоминала о нем в Авалоне. Разом навалилась тоска по Дэвиду из-за двух месяцев разлуки: чувствуя, как подступившие слезы жгут глаза, девушка обвила руками его шею.
Он нежно приподнял подбородок Лорел и приник к ее губам. Ей ничего не оставалось, кроме как ответить на ласковый, но настойчивый поцелуй Дэвида, а в уголке сознания билась мысль, что Тамани сейчас смотрит на них со своим обычным непроницаемым выражением лица.
ГЛАВА IX
— Лopeл?
Крохотный цилиндр из сахарного стекла разлетелся вдребезги.
— Я наверху! — устало отозвалась она.
В комнату вошел Дэвид и, закинув руку на плечо Лорел, чмокнул ее в щеку. Взгляд юноши метнулся к стоящему на столе оборудованию.
— Что творишь? — с нескрываемым любопытством спросил он.
Лорел вздохнула; осколки медленно сыпались из руки на стол.
— Пытаюсь сделать пузырек из сахарного стекла.
— Из сахарного? Она потерла виски.
— Да. Если есть желание, можешь попробовать на вкус.
Дэвид взял тот, что побольше, и с сомнением посмотрел на него, а затем, повернув острым краем от себя, лизнул.
— Похоже на леденец. — Он положил кусок стекла обратно на стол. — Странно.
— А точнее, ужасно обидно.
— А для чего это?
Лорел вынула из чемоданчика стеклянный пузырек, который сделал Ярдли. У нее пока не получилось ни одного.
— Некоторые эликсиры и зелья нельзя хранить в окончательной форме: их держат в двух разных емкостях. Если обе части соединить, то зелье начнет действовать тут же. А чтобы оно не смешивалось раньше времени, как раз и нужны пузырьки из сахарного стекла. В нужный момент их можно слить в общую емкость или, если совсем нет времени, раздавить прямо в руке.
— И порезаться. — Дэвид осторожно вернул пузырек, который вручила ему Лорел.
— Только не сахарным стеклом: оно слишком тонкое. На худой конец, сахар растает, и осколки из руки вынимать не придется. Вот почему феи не используют обычное стекло — надо быть готовым ко всему.
«Я должна быть готова ко всему», — подумала она.
— А разве зелья не растворяют сахар?
— Вроде нет.
— А почему?
— Не знаю. Не растворяют, и все тут, — начала раздражаться Лорел.
— Ну ладно. Прости. — Дэвид пододвинул к себе табурет с розовой обивкой и уселся за стол. — Покажи, как ты делаешь пузырьки.
Она глубоко вдохнула и приготовилась к очередной попытке.
— Я беру порошок сахарного тростника, — Лорел указала на матерчатый мешочек с зеленоватой пудрой, — и смешиваю с сосновой смолой. — Следуя своим указаниям, она старалась не реагировать на щекочущее шею дыхание Дэвида, который пристально смотрел на ее руки и буквально впитывал каждое движение. Казалось, было слышно, как от усердия ворочаются его мозги. — Теперь смесь превратилась в густой липкий сироп, — сказала она, помешивая вещество серебряной ложкой, — который постепенно становится горячим. — Лорел взяла в руки тонкую стеклянную палочку, похожую на трубочку для питья, не уточняя, что это цельный алмаз. — Теперь я беру вот эту соломинку, обмакиваю в сироп и дую, как обыкновенное стекло.