Женщина: При том, что он больше всех меня хочет.

Варвар: Вот эта копна рыжих волос?!

Дак: Апостолы — наша опора, это труженики, жертвующие собой, потому, если когда и споткнутся, их нужно прощать.

Скиф: Что ты за него всё заступаешься? Он тебе кто?

Дак: Соработник. Он собирает камни, очищает лик земной, я иду за ним, пашу и сею. Вместе творим хлеб насущный.

Варвар: А как с ним поговорить? Он же и не видит и не слышит ничего вокруг.

Дак: Сборка камней — труд тяжелый. Подождите. Когда устанет и сядет передохнуть...

Варвар: Как же, стану я ждать... Эти рыжие никогда не устают, Эй, ты! Петух!

Апостол продолжал укладывать камни, и тогда Варвар подошел и ступил ногой на его плечо.

Варвар: Ты, петух!

Апостол: А вот этого не надо.

Варвар: Чего не надо?

Апостол: Грубо со мной обращаться.

Варвар: А то что?

Апостол: Будет плохо тебе. Сгоришь.

Варвар: Почему это я сгорю?

Апостол: Civis romanus sum.

Варвар: Я, по-твоему, кто?

Апостол: Северный варвар, торгующий вином.

Варвар: И что из этого следует?

Апостол: Следует то, что за грубое обращение с римским гражданином варвар может быть умерщвлен на месте, без суда. Помни, мы на землях Рима и под сенью римского права пребываем.

Дак: Как он словами орудует!! Точно искру из камня высекает!

Варвар (отступив, более миролюбиво): Скажи, Цивис романус, верно ли, что эта молодка тебя как бы...

Апостол: Что?

Варвар: Завлекла.

Женщина: Откройся перед ними, не стесняйся.

Апостол (после некоторого раздумья): Прости меня, жено. Сознаю, соблазнила ты меня, и в помыслах своих я согрешил с тобой. Это тяжкий грех, да простит меня мой Господь. И тебя, жено, прошу о прощении.

Женщина: Но, если ты меня безумно желаешь, сознайся перед всеми! Чего стесняться!

Апостол: Я говорил о том, что было, а не о том, что есть.

Женщина: Как? Только что сгорал от страсти, и всё прошло?

Апостол: Мои признания не пойдут тебе на пользу.

Женщина: ...иль ты не мужчина?!

Апостол: Я, конечно, мужчина, очень даже мужчина, но я испытываю влечение ко всем женщинам, которых встречаю. Танцует ли она, месит ли тесто или несет кувшин на голове — я их всех желаю, со всеми успеваю мысленно согрешить.

Варвар: Скажи какая прорва!

Дак: Ну, зачем со всеми! Одну пожелал, и довольно.

Апостол: Что поделаешь, дано мне от Господа такое жало во плоти. Чтобы побороть в себе эти постыдные искушения, изнуряю себя путешествиями и тяжелой работой.

Женщина: Ну, не хочется тебе с нами грешить — найди работу поприличней. Зачем превращать себя в мула?

Апостол: Что делать! Наступает каменное время, и носим камни на себе...

Еллин: Что значит — каменное время?

Апостол: Как известно, существует время разбрасывания и время собирания камней.

Еллин: И это всё, чем занят человек?!

Апостол: Такова наша планида — мы или строим, или рушим. Другого нам не дано.

Еллин: Человек, по-твоему, безумен?

Апостол: Когда он без Бога, конечно, червь безумия точит его. Осмотрись. Поразмысли. Вся история человечества есть история строительства и разрушения крепостей. И снова собираем камни, и снова возводим крепости. И опять осада, штурм, камни летят во все стороны. Конца и края этому нет.