Максим как раз пробирался мимо рубки, когда боковой люк распахнулся, и чья-то крепкая рука, ухватив Максима за плечо, втащила внутрь. Прямо перед собой Максим увидел перекошенное злобой и страхом лошадиное лицо референта Адмиралтейства.

— Ленд Гален, что за мальчишество?! — заблеял референт фальцетом. — Я подам на вас докладную адмирал-адъютанту!

— Прошу меня извинить, господин Бильмот, гены! — Землянина Каммерера больше не было. На референта насмешливо смотрел настоящий сын Северного архипелага, потомственный ленд Амаллы Вилл Гален ин Троггролл. — Какие же вы, южане, нервные.

— Ваше северное безрассудство кого угодно может довести до инфаркта! — Господин Бильмот упрямо вздернул похожий на копыто подбородок. — Здесь я отвечаю за вашу безопасность. Извольте более так не шутить!

— Хорошо, хорошо, — рассмеялся Гален. — Но на мостик я могу подняться?

Референт вместо ответа демонстративно повернулся и зашагал по узкому коридору в сторону кают-компании, цепляясь за стены.

На мостике находилась дежурная тройка — второй помощник капитана, второй штурман и рулевой. Вторпом, тоже уроженец Северного архипелага, благосклонно посмотрел на Вилла и сказал:

— Что, ленд Гален, зов предков не дает покоя?

— Именно, ленд Марен. Разве может что-либо сравниться по красоте со штормовым океаном?

— Да, только мы, северяне, действительно способны понять его. И только мы должны быть его истинными хозяевами! А вовсе не эти самодовольные выскочки-централы!

— Потише, ленд, мы здесь не одни.

— А, не стоит! Штурман и рулевой — южане. Централы и у них давно в печенках сидят.

— Послушайте, а почему все-таки за нами не прислали субмарину? Ведь на ней и быстрее и безопаснее в такую погоду?

— Весь подводный флот Империи уже отмобилизован, дорогой ленд, и переведен на особое положение. Не за горами Большой поход. Ничего, — вторпом дружески хлопнул Галена по плечу, — завтра в это же время мы ошвартуемся у пирса Адмиралтейства!

Вилл Гален в ответ тоже приветливо улыбнулся и стал смотреть бесконечные ряды свинцовых волн, бегущих к высокому горизонту.

Главный адмирал имперского флота Палмус Тимасс был вне себя. Этот выскочка, новый любимец Императора, адмирал-адъютант Манисс подложил ему, заслуженному ветерану Трех Боевых Походов, полному кавалеру Золотого Якоря, грязную свинью! А как иначе можно назвать ту мерзопакостную докладную записку, которую ему продемонстрировал сегодня утром Его Всевеличество? Это же уму непостижимо: подать проект боевой операции на рассмотрение Императору без согласования с вышестоящим начальством! Что он о себе возомнил, этот кабинетный шаркун?! По самое брюхо в орденских лентах, а ни в одном Походе не участвовал. Откуда цацки, спрашивается?.. Ну, ничего, сейчас мы с ним разберемся! По-своему, по-флотски.

Адмирал Тимасс прекратил мерить шагами кабинет, уселся за свой необъятный, как океан, стол и нажал кнопку селектора.

— Рольгон, зайдите!

Через секунду в дверях возникла длинная и прямая фигура референта.

— Слушаю, господин главный адмирал. — Фигура сложилась пополам под прямым углом.

— Вызовите-ка сегодня на одиннадцать часов адмирал-адъютанта Манисса с докладом.

— Разрешите напомнить, господин главный адмирал, что сегодня в двенадцать часов прибывает группа выпускников Военно-морской академии Амаллы, с которыми вы лично пожелали встретиться до процедуры натурализации.

— Как же, помню, — Тимасс дернул себя за бакенбард, пожевал губами. — А, ничего! Вот мы вместе с адмирал-адъютантом на них и посмотрим. Тем более, по-моему, там есть и его протеже. Вызывайте Манисса! А пока — все личные дела выпускников мне на стол.

— Слушаюсь, господин главный адмирал…

Референт исчез. Адмирал Тимасс вновь прошелся по кабинету, поморщился — старая рана в правом колене опять давала себя знать. Осколок снаряда на излете раздробил коленную чашечку, флотские хирурги буквально склеили ее заново, но время от времени — океан ее знает, может, на погоду? — колено начинало неистово ныть, потом появлялась стреляющая боль, и никакие таблетки и порошки уже не помогали. Было только одно надежное средство — ходьба. Почти невозможная от боли поначалу, позже она неизменно приносила облегчение, и на какое-то время рана затихала.

Адмирал продолжал накручивать круги по кабинету, стараясь отвлечься мыслями о предстоящей схватке с выскочкой Маниссом. Референт снова неслышно возник в помещении и положил на стол стопку серых картонных папок. Папки были тощие и одинаковые, и Тимассу вдруг пришла в голову мысль, что большинство людей по существу ничем не отличаются от этих вот папок: та же серость, безликость, недолговечность и покорность судьбе.

Колено почти перестало ныть, и адмирал вернулся к столу. Усевшись в кресло, максимально вытянув и расслабив больную ногу, он взял верхнюю папку: «Лейтенант Пулл Камин. Троггролл. Амалла». Что ж, посмотрим… Ну и рожи у этих северян! Одна другой страшнее. Ноздри вывернуты, глаза как щелочки, уши торчат, лицо почти квадратное, ни усов, ни благородных бакенбардов — какая-то бородка козлиная и бритый череп вместо нормальной прически. И за что только Его Всевеличество их привечает?.. Ну да, отличились в последнем Походе — спасли от полного разгрома Третий ударный флот; да, бесстрашны, да, сплошь потомственные моряки, даже Империю когда-то отстояли… Все равно! Горды, заносчивы и высокомерны. Весьма ненадежные, по мнению контрразведки Адмиралтейства. Уже было несколько случаев. Последний раз целую группу накрыли. Правда, в ней и южане оказались, и даже один уроженец Центрального архипелага. Но руководили-то заговорщиками северяне!.. Ладно, кто там следующий?..

Адмирал взял новую папку: «Морской волк Тинн Ромул ин Брассголл. Итарра». О, небось, потомок какого-нибудь их древнего аристократического рода, которого никто и знать не знает, кроме них самих?.. Ну вот, этот хоть выглядит поприличнее, даже бакенбарды отрастил, на службу Императору собираючись. А где же он, кстати, такой чин заслужил? Молодой ведь совсем… Ага, десант на Золотые Пески — впечатляет! Похоже, с этого толк выйдет. Можно даже, после натурализации, разумеется, предложить этому… ин Брассголлу перейти на службу в Адмиралтейство. Заодно и Его Всевеличеству приятное сделаем! Та-ак, кто там у нас дальше?.. Еще один аристократ! «Надлейтенант Вилл Гален ин Троггролл. Ленд Амаллы». Ну-ка, ну-ка, посмотрим… Ого, кругосветка и действительный матрос в четырнадцать лет, морской волк в шестнадцать… Однако! Ну и богатырь!.. Такому только в гвардии служить, так ведь не пойдет, заартачится, начнет нос задирать… Ладно, поглядим, пощупаем…