И только тогда успокоилась душа. Они сели на плоту рядом, сплетя пальцы. Иль посмотрела на Арниса.

— Родной мой... ты знаешь, я вдруг поняла, если бы мне сейчас сказали... снова такое же, как тогда, в первый раз на Ярне, перенести, и за тебя — я бы согласилась.

— Иль, моя светлая, — прошептал он, — не надо... Только не надо об этом. И я умру за тебя, и закрою, и если только мне дано будет взять на себя твою боль, любую — я возьму ее с радостью. Только не надо об этом.

— Прости, Арнис.

— Что ты, Иль... о чем ты. Я просто не хочу думать, что скоро опять на войну, и неизвестно, что там будет. Давай не будем думать. Можно ведь жить тем, что есть сейчас, верно?

— Пойдем, Арнис, искупаемся.

Они соскользнули в воду. На горизонте уже появился голубоватый легкий парусник — корабль, который должен был доставить их к новой станции.

Они плыли на лодке в знаменитых Голубых Гротах. Целая система пещер на Лавальских островах, и Гроты — не для туристов сделанные. Про них ходили легенды, будто жил когда-то на островах мелкий народец — то ли гномы, то ли карлики — и вот они-то и отделали себе пещеры, которые со временем наполовину залила вода. Гномы же были истреблены давным-давно, тысячелетия назад, а вот работа их осталась.

Конечно, отреставрированная и обновленная — теперь уже для туристов.

Миновали Ледяной Грот, с неправдоподобно голубой водой, из которой росли причудливые хрустальные колонны (Ильгет они напомнили башни Святого Квиринуса). Бесшумный мотор тихо подталкивал лодку вперед. Миновали узкий темный туннель, Ильгет ахнула и схватилась за руку Арниса.

— Боже мой, какая красота, Арнис, ты только посмотри!

Все стены грота были усыпаны искусно выточенной мозаикой из драгоценных камней. Фиолетовые волны аметиста переходили в дымчатый таинственный опал, с алыми вкраплениями рубинов и сальвенов, поля изумрудов граничили со сверкающими золотыми жилками артиксийских калли, и еще десятки каких-то камней, цветных, сияющих полной таинственной глубиной, светильники, выполненные в виде сталагмитов, поднимающихся из воды, заставляли все это великолепие блестеть и переливаться...

— Живые камни, — прошептала Ильгет, — Арнис, нельзя ли подплыть к стене? Так хочется потрогать...

Арнис направил лодку к стене, резко развернув ее. Обернулся к Ильгет. Вздрогнул и бросил руль.

— Иль, ты что?

Он метнулся к ней. Ильгет замерла, прижав руки ко рту.

— Не знаю, что-то плохо вдруг стало.

— Маленькая, что с тобой, — Арнис перепугался. Мало ли, чем ее отравил дэггер в последний раз? Или она заразилась чем-то на Визаре. Какая-нибудь скрытая болезнь, и вот... такое счастье просто не может быть долгим. Вот и расплата. Он мгновенно собрался.

— Что болит, Иль? Сейчас мы поплывем отсюда быстрее

— Ничего не болит. Тошнит что-то и голова кружится. Да ладно, ерунда это. Не рассказывай Дэцину только. Ой... когда скорость больше, еще хуже. По-моему, меня сейчас вырвет.

— Потише плыть?

— Нет, пусть так... на воздух скорее.

Они выбрались на воздух, Арнис первым выскочил на пристань, подал руку Ильгет. Господи, как она побледнела. Теперь видно, что ей действительно плохо. Вся зеленая...

— Это какие-нибудь испарения... в гротах... мы же не знаем, что там.

Ильгет пошатываясь, опираясь на его руку, побрела по пристани. Увидела урну, подошла к ней, наклонилась — и ее вырвало. Арнис прикусил губу. Что же с тобой случилось, маленькая...

Действительно, испарения какие-нибудь.

— Все, Иль? — ее рвало долго, позывы не утихали. Арнис достал платочек, бережно вытер ей рот. Поддержал Ильгет за плечи.

Ничего, вытащим. Куда хуже бывало... вспомнить только Визар. А это так, мелочи.

— Надо к врачу, — сказал он. Ильгет скривилась.

— Может, не надо, а? Ну пустяки же.

— Надо, — строго сказал Арнис, — и не спорь.

— Я знаю, что это такое, — пробормотала Ильгет, когда они шли к отелю, — это у меня акклиматизация...

— Уж два месяца почти прошло, а у тебя все еще акклиматизация. И чего-то на Визаре у тебя ее не было...

— Так там не до того просто.

Арнис снизу позвонил врачу, договорился — можно прийти прямо сейчас. Они поднялись на лифте, прошли по коридору. Врач оказался улыбчивым молодым человеком, вроде, моложе Арниса.

— Вы подождете здесь или вместе?

— Вместе, — решительно сказал Арнис.

Они вошли в диагностическую.

— Раздевайтесь, — сказал врач, — и в диагностер, пожалуйста. Что у вас случилось-то?

— Да ерунда, — с досадой сказала Ильгет, — уже все прошло. Вдруг затошнило в гроте, а потом вырвало.

— Сейчас легче?

— Да...

Арнис видел, что легче ей не намного. Ильгет все такая же зеленая и пошатывается. Она разделась, вошла в кабину диагностера. Врач запустил процесс. Он внимательно посматривал на экран.