В этот самый момент в комнату вошла Пиппа. При виде Костелло она застыла на месте, с ужасом глядя на мужчину.

– Ба! Привет, Пиппа, – воскликнул Костелло. – Как ты выросла.

Пиппа отпрянула, когда он направился к ней.

– Я просто пришел, чтобы обсудить кое-какие проблемы, связанные с тобой. Твоя мать так ждет, когда ты снова будешь с ней. Мы поженились, и теперь...

– Я не хочу туда! – истерично закричала Пиппа и кинулась за защитой к Клариссе. – Я не хочу. Кларисса, они ведь не могут забрать меня, правда? Они не могут...

– Не беспокойся, Пиппа, любимая, – успокаивала Кларисса, обнимая девочку. – Здесь твой дом, с папой и со мной, и ты никуда отсюда не уедешь.

– Но я уверяю тебя... – начал Костелло, но был оборван гневным окриком Клариссы:

– Убирайся отсюда немедленно!

Ерничая в притворном испуге, Костелло поднял руки над головой и попятился.

– Немедленно! – повторила Кларисса и двинулась на него. – Я не желаю терпеть тебя в моем доме, ты слышишь?

В застекленных дверях появилась мисс Пик с большими садовыми вилами в руках.

– Ох, миссис Хейлшем-Браун, я... – начаkа она.

– Мисс Пик, – оборвала ее Кларисса, – вы не покажете мистеру Костелло дорогу к калитке?

Костелло посмотрел на мисс Пик, и, поймав его взгляд, она подняла вилы.

– Мисс Пик? – переспросил он.

– Прошу следовать за мной, – воинственно отозвалась та. – Я здесь садовницей.

– Ну да, ну да, – сказал Костелло. – Я же был здесь однажды, смотрел кое-какую антикварную мебель.

– О, конечно, – отозвалась мисс Пик. – Во времена мистера Селлона. Но сегодня вы не сможете с ним повидаться. Он умер.

– Нет, я приехал не для этого, – заявил Костелло. – Я прибыл повидать миссис Браун. – На имени он сделал особое ударение.

– О, правда? В самом деле? Что ж, теперь вы ее повидали, – сообщила ему мисс Пик. Похоже, она осознала, что посетитель несколько засиделся.

Костелло повернулся к Клариссе:

– До свидания, Кларисса. Ты услышишь обо мне, сама понимаешь. – В голосе его прозвучала скрытая угроза.

– Сюда, – показала ему мисс Пик, кивнув на застекленную дверь.

Она пошла за ним, спрашивая:

– Вам на автобус или вы на своей машине?

– Я оставил машину у конюшен, – сообщил ей Костелло, следуя через сад.

Как только Оливер Костелло, сопровождаемый мисс Пик, покинул комнату, слезы брызнули из глаз Пиппы.

– Он заберет меня отсюда, – вцепившись в Клариссу, кричала она, задыхаясь от горьких рыданий.

– Нет, никогда, – уверяла ее Кларисса, но Пиппа в ответ только ревела:

– Я ненавижу его. Я всегда его ненавидела.

Видя, что девочка уже на грани истерики, Кларисса резко одернула ее:

– Пиппа!

Пиппа отпрянула и снова завизжала:

– Я не хочу возвращаться к моей матери, я лучше умру. Гораздо лучше умереть. Я убью его.

– Пиппа! – снова прикрикнула Кларисса.

Но Пиппа уже билась в настоящей истерике.

– Я убью себя! – рыдала она. – Я разрежу себе руки, и из меня вытечет вся кровь.

Кларисса схватила ее за плечи.

– Пиппа, держи себя в руках. Говорю же тебе, все в порядке. Я здесь.

– Но я не хочу возвращаться к матери, и я ненавижу Оливера, – отчаянно восклицала Пиппа. – Он злой, злой, злой.

– Да, дорогая, я знаю. Я знаю, – успокаивающе шептала Кларисса.

– Ничего ты не знаешь! – В голосе Пиппы слышалось еще большее отчаяние. – Я вам всего не рассказала, когда приехала сюда жить. Я не могла говорить об этом. Но ведь не только Миранда была все время такой ужасной и пьяной или какой-то там. Однажды вечером, когда она ушла куда-то, а Оливер остался дома со мной... думаю, он очень много выпил... я не знаю... но... – Она замолчала, не в состоянии продолжать. Затем, пересилив себя, уставилась в пол и невнятно пробормотала: – Он пытался делать со мной это.

Кларисса в ужасе смотрела на девочку.

– Пиппа, что ты имеешь в виду? – прошептала она. —Что ты хочешь сказать?

Пиппа затравленно озиралась, будто бы в поисках того, кто произнес бы за нее эти слова.

– Он... он пытался поцеловать меня, а когда я его оттолкнула, он схватил меня и стал срывать платье. Потом он... – Внезапно она замолчала и зашлась в рыданиях.

– О, бедняжка моя, – шептала Кларисса, прижимая к себе ребенка. – Постарайся не думать об этом. Все-все прошло, и никогда ничего такого с тобой больше не случится. Я уж постараюсь, чтобы Оливер поплатился за это. Мерзкая скотина. Ему это так не пройдет.