– Я постараюсь, – честно сказал Вершинин.

– Тогда внимательно слушайте мой голос. – Сергей Павлович чуть подался вперед и, пристально глядя Андрею в глаза, проговорил: – Ваше тело полностью расслаблено. Ваша голова пуста. Ни одной мысли, никаких тревог – ничего! Вы ни о чем не думаете и не слышите ничего, кроме моего голоса.

«Хотел бы я, чтобы так оно и было», – с горечью подумал Вершинин.

– Не пытайтесь сопротивляться. Расслабьтесь и подчинитесь мне. Вашей воли больше нет. Есть только моя воля, и она полностью подчинила вас себе. А теперь отвечайте: кто такой Бафомет и почему вы о нем вспомнили?

– Я. не помню.

– Постарайтесь вспомнить. Смотри мне в глаза, щенок!

Вершинин вздрогнул. Губы врача остались сомкнутыми, а громкий, яростный окрик прозвучал прямо в голове у Андрея.

Куда ты дел перстень Бафомета, глупый, мерзкий сарг?

Андрей, оцепенев, смотрел на Сергея Павловича.

Отвечай, если не хочешь, чтобы я выжег тебе мозги! Кому ты отдал перстень и где он сейчас?

Чужая воля сломила Андрея. Он почувствовал себя вялым, уставшим и на все готовым.

– Я. не помню. Ничего не помню.

Вспоминай!

Новый импульс был так силен, что на мгновение Андрею показалось, что его голова вот-вот взорвется. Подступившее было воспоминание вылетело под напором этого импульса быстрее, чем он успел его озвучить.

– Пожалуйста. – хрипло пробормотал он, стиснув ладонями виски. – Пожалуйста, не так сильно.

Поняв, что совершил ошибку, стригой ослабил напор. И тут же в голове у Андрея зазвучали голоса.

«Ни с кем ничего нельзя сделать вопреки его желанию», – сказал один.

«Они не смогут пробиться к тебе сквозь щит, который ты сам воздвиг», – сказал другой.

«Твоя воля сможет противостоять им», – пообещал третий.

Андрей сжал кулаки, медленно поднял голову и посмотрел стригою в глаза:

«Прочь из моей головы, тварь!»

Несколько мгновений ничего не происходило, а затем по лицу Сергея Павловича пробежала судорога. На миг из-под личины выглянула его истинная сущность. Оскалив клыки и зарычав, Сергей Павлович резко отшатнулся и едва не упал на пол вместе со стулом.

– Как ты это сделал, сарг? – рявкнул он. Вершинин разжал губы и медленно проговорил, по-прежнему глядя в глаза стригою:

– Я ничего не делал.

Сергей Павлович вскочил со стула и отступил к стене.

– Санитары! – крикнул он. – Сюда! Быстро! Дверь распахнулась, и два амбала вбежали в кабинет.

– Уведите его! – дрогнувшим, сорвавшимся на визгливый хрип голосом крикнул Сергей Павлович.

Санитары подошли к креслу, схватили Андрея за плечи и подняли на ноги.

«Прямо стражники у Лмерка», – пронеслось в голове у Вершинина, и он усмехнулся побелевшими губами.

– Куда его? – спросил мордатый. – В надзорку или в общую?

– В общую! Но чтобы глаз да глаз. Отвечаете мне за этого парня головой!

– Само собой, Сергей Павлович. – Мордастый взял Андрея за шиворот и толкнул к двери: – Шевели батонами, Гарри Поттер!

Как только дверь кабинета закрылась, стригой достал из кармана мобильник. Но вместо того, чтобы набрать номер, он глубоко задумался.

Волна чужой воли выбросила его из головы студента. Удар был такой силы, что едва не расплавил ему мозги. Но как это могло случиться?

Стригой прекрасно сознавал свои возможности и знал их пределы. Уровень его силы был не то чтобы огромен, но и не так уж мал. Конечно, он не смог бы бросить вызов хотя бы самому захудалому магу, но вот сарги и ликаны, даже самые сильные из них, были для него открытой книгой.

Сломать волю молодого, неопытного сарга – что может быть проще? Однако парень умудрился поставить барьер и вышвырнуть его из своей головы. Либо этот мальчишка оказался сильнее, либо. ему кто-то помог.

Но кто?

Стригой вновь посмотрел на дисплей мобильного телефона. Один звонок – и через пять минут клиника наводнится магами. Они легко справятся с наглым мальчишкой, но в этом случае все лавры достанутся им. И он вновь, как это почти всегда бывает, останется не у дел.

Стригой нахмурился, облизнул губы длинным черным языком и, секунду поколебавшись, сунул мобильник обратно в карман.

– К черту магов, – тихо проговорил он. – Разберусь сам.