Annotation

Муравьева Елена Александровна

Муравьева Елена Александровна

Пять минут до понимания

Елена Муравьева

"Пять минут" до понимания

Часть первая

Ольга тяжело вздохнула, прочитала еще раз табличку "Психолог Вера Ивановна Лопухина" и потянула на себя тяжелую металлическую дверь.

Сеанс начался с традиционного вопроса:

– Что вас беспокоит?

– Как бы объяснить толком...

– Начните с главного. И не забывайте про почасовую оплату.

Аргумент подействовал. Первая фраза сложилась, мало того оказалась довольно эффектной.

– У меня что-то с головой. То ли навязчивая идея, то ли предчувствия...

Лопухина приподняла тонко выщипанные брови:

– Может лучше обратиться к психиатру? Я - психолог, это другая парафия.

– Вы - универсальный специалист. Так, во всяком случае, считает полковник Василенко.

– Причем здесь Василенко?

– Полковник - ключевая фигура в моей навязчивой идее.

– Давайте-ка, по порядку.

– Хорошо.
– Лиха беда начало. Теперь можно было запустить и домашнюю заготовку.
– Андрей Петрович достался мне в наследство...

– Что?

Ольга пояснила:

– Сестра моей бабушки долгие годы была безответно влюблена в Андрея Петровича. Когда он овдовел, старушка надеялась выйти замуж, но не преуспела и с горя умерла, оставив мне в наследство квартиру, дневник со своей лав-стори и завет: позаботиться об одиноком соседе, живущем этажом ниже. Я имею в виду, полковника в отставке Андрея Петровича Василенко.

– Почему такой тон? Вы не любили свою родственницу?

– Я ее совсем не знала. Но семейное придание гласит, что когда-то злая старшая сестра выгнала из дома беременную младшую - мою бабушку и на том семья распалась. Так что я, как бы, в потомственной оппозиции.

– Тем ни менее, последнюю волю усопшей вы выполнили?

– А как же! В квартире навожу порядок. Дневники прочитала. А с полковником вышла промашка. Я явилась полная благих намерений и пионерского задора. Все-таки: вдовец, без детей, семьдесят восемь лет, стакан воды некому подать. Ну и получила! Дверь открыл красавец голливудского формата, косая сажень в плечах, рост под потолок. Ну, вы сами знаете каков Андрей Петрович. Догадываетесь, наверное, и как он себя повел.

– Представления не имею.

– Полковник выслушал меня внимательно и послал подальше. Фактически вытолкал вон. Но я оставила на всякий случай номер телефона. Чтобы совесть была чиста.

– И что же? Андрей Петрович позвонил?

– Да. Предложил убирать у него раз в неделю. В купальнике, а лучше голой!

– Вот наглец.

– Мягко сказано. Убить за такое мало.

– Вы, конечно, отказались?

– Причем в довольно резкой форме.

– После чего и возникла навязчивая идея?

Шутка попала в цель.

– В принципе, да, - призналась Ольга.

Лопухина сделала несколько пометок в блокноте, затем спросила:

– О чем собственно идет речь?

– О смерти. Я предчувствую, что Василенко скоро умрет.

– В столь преклонном возрасте такое порой случается.

– Нет, полковник умрет насильственной смертью. Его убьют.

– Даже так? Каким образом?

– Понятия не имею. Когда в предчувствии дело доходит до конкретики, становится так страшно, что я отключаюсь.

– Ясно. Позвольте, несколько вопросов. Вы увлекаетесь мистикой?

– Не больше других.

– Обладаете экстрасенсорными способностями?

– Нет. Я - обычный человек.

– Какую форму имеет ваше предчувствие? Вы видите картинки, слышите голоса, ощущаете что-то?

– Когда на меня накатывает, я, будто пропадаю куда-то, потом прихожу в себя и знаю, что будет с полковником.

– Только с ним?

– Только.

– Вам жалко Андрея?

– Нет. Я не испытываю эмоций по поводу смерти Василенко и это меня здорово огорчает. Не гуманно как-то.