Шрифт:
Меня зовут Син - Дмитрий Морозов
Грохот железнодорожного состава и непрерывный сигнал электровоза оглашали пространство. Грохочущая масса не успевала сбросить скорость, а люди, сидевшие в маршрутке, которая заглохла на железнодорожном переезде, пытались пробиться всей толпой к дверям, что бы успеть выскочить, мешая друг другу. Крики и мат метались по салону.
Я видел надвигающуюся на нашу машину массу поезда, но сидел, меня как будто парализовало. Странная слабость и бессилие даже заглушили страх неминуемой смерти.
"Вот и приехал!" - проскользнула мысль.
И вот всё закончилось. Ревущая масса поезда смяла маршрутку, кратковременная вспышка боли, разрывающая все чувства... и странное облегчение.
Вот я вижу недавних попутчиков, мы с недоумением смотрим вокруг, видим куски железа и пластика, видим остановившийся железнодорожный состав, перед которым лежит бесформенно кучей маршрутка, на которой мы ехали. Вижу суетящихся людей, которые повыскакивали из машин и бегут в начало остановившего после торможения состава. И успеваю заметить, как открывается некий колодец, куда я начинаю падать.
И вот я лечу вниз по шахте огромного колодца, мимо меня проносятся стены из какого-то чёрного матового камня, подсвеченные багровым огнём, вверху уменьшается круг, в котором видно кусок неба, а меня захлёстывает запоздалый страх.
И вдруг, бац!
– я стою на... грозовом облаке! Это неожиданное изменение обстановки меня потрясло. Я тупо таращу глаза на клубящееся под своими ногами тёмно-серое облако, изредка прорезаемое беззвучными вспышками молний.
Огляделся. Вокруг одни облака, перетекающие в разные формы, хаотически изменяющиеся и трансформирующиеся. И всё, больше ничего.
– Ну, здравствуй, смертный!
– раздался в моей голове, или вернее в том, что её изображало, тихий голос.
– Здравствуйте!
– растеряно ответил я. Я чувствовал, как шевелятся мои губы, но звук голоса раздавался почему-то внутри меня.
– А где я?
– Ты умер. И попал сюда, в Лимб, как не имеющий больших грехов на душе.
– А вы кто?
– По твоим меркам я бог. Остальное тебе знать не нужно.
– А почему я тут один? И почему тут такая обстановка...странная?
– Тебя это не касается. Какие же вы все одинаковые и скучные! Ладно, что там числится за тобой...
– То есть?
– Молчи, смертный! Та-а-ак... Значит Миноров Севастьян Иванович, 1979 года рождения, не женат, не судим, не был, не привлекался... Специалист по ремонту компьютеров, разбирается в электронике, отслужил срочную службу в мотопехоте. Хм... Что же с тобой делать?
– Не нужно со мной ничего делать!!! Пожалуйста!
– Не бойся, смертный!
– в бесплотном голосе слышалась усталость и скука.
– Тебя нет смысла отправлять в то, место, что вы называете Ад. Но и в других сферах тебя не примут.
– Почему? Неужели...
– Ты хоть и не сильно грешил, но всё же... Обман клиентов путём завышения цен, подмена деталей в компьютерах, отказ в помощи, запуск вируса с целью повторного ремонта, что бы заработать... По мелочи и немного - но достаточно, что бы тебя не приняли там... Что же делать с тобой?
– А какие есть варианты?
– Развоплотить, отправить в виде призрака назад лет на двести, засунуть в какое-нибудь дерево или предмет, пока его не уничтожат, отправить в иной мир в чужое тело...
– Последнее!!! Я согласен в чужое тело!!! Согласен!!!
– Уверен?
– в голосе послышалась ирония.
– Да!!! Могу ли я спросить...
– Конечно, можешь.
– А куда меня отправят?
– Ты же вроде иногда играешь в компьютерные игры? Вот в мир одной из них тебя и отправят.
– А куда?
– А пусть это будет для тебя сюрпризом... Неприятным, ха-ха-ха-ха-ха... Даже всё при тебе оставлю. Ничего стирать из памяти не буду. Хоть так повеселюсь, а то всё такая скука...
И вот облака заклубились сильнее, и впервые в этом месте я услышал раскат грома. Яркая вспышка, ослепившая меня, и... я очнулся.
Вокруг было какое-то болото. Синее небо с редкими облаками мирно висело над головой, а солнышко лучами своими освещало окружающую действительность.
Я обнаружил, что сижу, привалившись к какому-то валуну. Попытался встать, и почувствовал боль. При попытке выругаться я почему-то зашипел. Твою ж мать, что это?
Я с полным офигением поднял руку, перевитую мышцами, бугрившимися под серой кожей. Когтистая пятерня, повинуясь моим мыслям, сжалась в кулак и разжалась. Какого хера, что это?